Вцепилась в руку мертвой хваткой, не зная до конца, что же будет делать?
- Восемь! Девять! Десять! Одиннадцать!
Будь что будет!
- С новым годом! - Выдавила вмиг пересохшим горлом.
Оглушенная шумом собственного пульса, кинулась на шею Эдуарду, и крепко поцеловала. Через несколько секунд, рвано дыша, Прокофьев отстранился. Смотрел так, будто в происходящее не верил. Еще секунда. Еще вздох, и реальность стала не важна. Припечатав Морозову к ближайшей стене, обрушился на ее губы с такой страстью, что она стала задыхаться.
- Снегурочка, твою мать! - Прошипел слегка отстраняясь. - Смерти моей хочешь, безбашенная девчонка?
- Я, - Жадно глотала воздух. - Нет, что Вы!
- Юля? - Впервые обратился по имени, очертив костяшками контуры ее лица. - К черту все! Поехали отсюда?
- Поехали!
Внезапно ворвавшаяся в прихожую Вероника Петровна, разрушила момент.
- Эдинька, с новым годом, сыноч...
Женщина замерла на полуслове, ошарашено разглядывая представшую ее взору, картину «маслом».
- И тебя, с новым годом, мама! - Отозвался Прокофьев по-прежнему лаская пальцами лицо Юли. Морозову противоречия разрывали на части. С одной стороны, перед хозяйкой стыдно, до ужаса. С другой, так и хотелось мурлыкать от удовольствия.
- Мы домой поедем.
Вероника Петровна изумленно рот рукой прикрыла.
- Неужто, она это, сынок? - Спросила, осененная какой-то догадкой.
- Она! - Сокрушенно выдохнул, прижимаясь лбом к ее виску. - Она...
А вот Морозова ничего не понимала. То на одного с опаской поглядывала. То на другого. Может, пора пятки смазывать? Где там, Пашка? Разъяснения подоспели в лице звонко смеющейся Катерины.
- Ну, что ты так удивляешься, мам? Стоило им взглядами столкнуться, я сразу же догадалась, что из-за нее наш Эдик два года назад жениться отказался, и помолвку разорвал! А ты только поняла? Вот даешь! А как же сердце материнское?
- Закрой рот, Катя! И иди к гостям!
Юля перестала дышать.
- Совсем же дитя, Эдя! - Начала лекцию Вероника Петровна. - Не порть мне девочку! Пусть отучиться!
- Когда ты замуж вышла, была младше нее на три года.