Раньше он никогда не был таким…
Кафе, в которое мы пришли, в это время было почти пустым.
Мы с Кремлёвым прошли вглубь помещения и сели за свободный столик. Перекинулись парой вежливых фраз с официанткой, и взяли меню, которое она любезно протянула нам, а после удалилась.
Взгляд скользил по строчкам, но я не вчитывалась в смысл слов, не соображала, какие блюда тут подают, все мои мысли были обращены к человеку, сидящему напротив."
"Сдавшись, я отложила меню и подняла глаза, заметив, что Кремлёв точно так же отшвырнул папку.
– Лера, – он впервые за вечер пристально на меня посмотрел, и, вздохнув, опустил взгляд. – Я много думал о том, что тебе пришлось пережить по моей вине…
Замолчал, а я ощутила, как легкие закололо от того, что я не дышала и ждала…
– Столько лет ты терпела мое присутствие в своей жизни, но я не мог иначе. Я просто… – Рома сглотнул, подбирая слова. – Я не мог найти в себе сил отпустить тебя. Дать тебе возможность стать свободной. И я чувствую, что должен…
Официантка принесла нам кофе – комплимент от заведения, и Кремлёв ненадолго прервал свою речь.
– …должен извиниться перед тобой. Отец сказал, что предложил тебе деньги в обмен на то, что ты от меня уйдешь, и я поверил в худшее. Я думал, что ты… избавилась от нашего ребенка, и просто ушла. И только тогда, в квартире, за день до твоей свадьбы с Игорем, я понял, как ошибался. Но времени поговорить не было, а потом я узнал, где держат Андрюшу, и…
Внезапно он поднял на меня взгляд, в котором плескалось столько боли, что я невольно ощутила укол в районе сердца.
Его широкая ладонь накрыла мою руку, и я снова посмотрела в синие глаза.
– Прости, что оставил тебя тогда одну… Я не знал, что ты была в больнице. И что…
Смотреть на Рому было невыносимо, поэтому я опустила голову и сделала глубокий вдох.
– Все в порядке, Ром. Это в прошлом, – высвободила кисть из его ладони и обхватила себя руками.
Кремлёв ненадолго замолчал, обдумывая мои слова, и снова заговорил:
– Я издевался над тобой, оскорблял и унижал, отыгрывался на тебе за его ложь, хотя не должен был. Ты вышла замуж и могла быть счастлива, но я ломал твою жизнь, и сожалею об этом.
Он замолчал, и я кивнула, а потом, не выдержав давившей тишины, подняла глаза.
– Прости меня, Лер.