– Не нужно извинений. Все в порядке…
Кремлёв-старший услышал слезы в моем голосе и замолчал, а я пыталась взять себя в руки и скрепить остатки гордости.
– Спасибо за все и всего хорошего…
Собралась положить трубку, но отец Ромы снова меня окликнул.
– Лера, – его голос зазвучал тише, словно он отодвинул трубку от лица, а потом снова поднес. – У меня к вам просьба.
Он замолчал, дождавшись, пока я возьму себя в руки и отвечу.
– Ммм?
– Не пытайтесь связаться с моим сыном, – удивило направление беседы, поэтому я лишь ошарашенно притихла, прислушиваясь к голосу в трубке.
Я молчала и не перебивала, но чувствовала, как зияющая пустота в груди становится все объемнее.
– Вчера он снова пришел домой под кайфом, и я полночи пытался привести его в чувство, – отец Ромы ненадолго замолчал, а потом снова продолжил кромсать мое сердце словами. – Он притащил с собой какую-то наркоманку, и мне стоило огромного труда выпроводить эту девку.
Закусила губу, борясь с отчаяньем и жуткой всеобъемлющей ревностью, которая вмиг заполнила пустоту внутри, сменяя боль яростью.
– Вы сказали ему о ребенке? – это чувство придало сил, и я на секунду почувствовала себя живой.
– Я попытался поговорить с ним и все объяснить, но он даже слушать не стал, только орал, чтобы я оставил его в покое и не отвлекал от новой знакомой.
Кремлёв замолчал, а я ощутила, как пульс начал отбивать эхом в мозгу и потерла виски.
– Если вам что-то понадобится, свяжитесь со мной по этому номеру. Но не пытайтесь связаться с моим сыном. Это кончится плохо для вас обоих."
"Не до конца поняла значение последней фразы, но собеседник не дал мне заговорить.
– Берегите себя, Валерия. И еще раз простите, – а потом он бросил трубку, и я услышала короткие гудки.
Подтянула колени к груди и обхватила руками. Голова раскалывалась от тяжелых мыслей, и я прилегла на кровать, прикрыв глаза.
Нужно немного передохнуть, а потом подумать, что делать дальше.
Немножко передохнуть. И жить дальше.
Позже.
Глава 14
Сентябрь 2014
День был солнечный. Пока еще зеленые кроны деревьев только местами стали менять окрас на золотой, в парках еще пестрили яркие соцветия, высаженные в каскадных клумбах.
И я почти поверила, что жизнь может наладиться…
Прошло два месяца с того дня, как я потеряла свою крошку. Два месяца боли и мучений. Два месяца депрессий и слез.