Секунды тянулись со скоростью десятилетий, и мне хотелось заорать, чтобы время шло быстрее, но это всего лишь нервы. Я это понимала, но ничего не могла изменить. Меня распирало нетерпение.
– Где мой сын? – попыталась произнести эту фразу как можно мягче и тише, но истерические нотки все равно просочились в голос.
Вместо ответа Чёрный слегка нахмурился и, кинув последний быстрый взгляд на экран, одной фразой заставил меня вскочить с места.
– Как давно ты знакома с Игорем?
Вцепилась в край коричневого стола и, не отрывая взгляда от лица друга, выпалила:
– Несколько лет.
– Я не могу пока доказать это, но есть информация, что это может быть он.
Продолжала сверлить Чёрного взглядом, но он молчал, словно ожидая чего-то от меня.
– Что? – господи, когда я снова смогу разговаривать с людьми нормальным голосом, а не тоном истерички?
– Ты должна рассказать мне, – Андрей сказал это и продолжил пристально меня разглядывать, а я бросила беглый взгляд на Аню, убедившись, что она поняла мой намек, отвернулась и подошла к окну.
Не знаю, откуда в мозгу взялась эта мысль, но мне казалось, что как только я начну свой рассказ, наши отношения с Чёрным уже не будут такими, как раньше. Я боялась этого. Боялась потерять друга и его уважение.
Все эти годы я и мысли не допускала, что Рома отец моего ребенка. Не хотелось знать реальное положение вещей. Проще было находиться в своем иллюзорном мире, где нет места никому, кроме моей маленькой семейки: Андрюши и образа Паши, который так заботливо выбирал вместе со мной кроватку и маленькие распашонки.
Ком в горле лишил меня возможности говорить. Попыталась сглотнуть, но тут же ощутила, как одинокая слезинка лизнула щеку."
"– Мне нужно знать, с кем ты общалась за последние несколько лет, – Андрей был деликатен, его голос звучал удивительно мягко. Казалось, что он обволакивал меня своим теплом, давая понять, что я среди близких.