Дыхание учащается, когда халат, поддаваясь, мужским рукам, сползает на пол. Я дышу часто и рвано, чтобы не задохнуться, ведь, кажется, в комнате совсем не осталось воздуха.
Горячие, буквально, обжигающие прохладную после душа кожу, ладони, ползут вверх. Они не спешат и изучают мое тело.
С живота Ризван переходит на спину, а потом снова возвращается на живот, тянется к груди и…
У меня не получается сдержать стон. Не думала, что грудь может быть настолько чувствительной. Бандит мнет ее так нежно, смакуя, я у меня по телу скользят пылающие токи.
Чувствую, как низ живота наполняется грязным желанием. Мне хочется, чтобы Ризван продолжил касаться груди так, как он делает это сейчас. От осознания греховного падения, мои щеки буквально воспламеняются, и становится невыносимо душно.
— Тебе нравится, да? — голос мужчины теперь более низкий мягкий.
Ответить мне стыдно. Ну, как можно признавать такое? Это же как добровольно прыгнуть в горящий котел.
Я вообще сейчас будто не здесь. Точно в трансе, который подчинил сознание, и теперь не отпускает.
— Отвечай, когда я спрашиваю! — жесткий приказ, больше напоминающий рык дикого животного.
— Да… — мне с трудом дается этот ответ.
— В следующий раз по первому требованию ты опускаешься на колени и старательно сосешь, пока я не кончу. Без промедлений. Открываешь рот и заглатываешь. А сейчас… — настойчивая ласка прекращается, но я, почему-то, не чувствую облегчения. — Сейчас собирайся. Мы едем в город.
Глава 28
Настя
— В город? — переспрашиваю.
Любые перемены пугают. Грозят чем-то неизвестным, неожиданным и, возможно, слишком для меня опасным.
Вроде, только что Ризван намекнул на то, что оставляет меня себе, хоть и выгнал утром, а теперь вот собирается увозить.
— У тебя проблемы со слухом? — мужчине мой вопрос явно не нравится.
— Нет, просто… — разговор с ним дается тяжело. На произношение каждого слова я трачу огромные усилия. Мне проще молчать. — Просто у меня нет ничего, кроме этого халата.
Сейчас у меня в прямом смысле нет ничего. Даже белая ткань банного халатика, любезно предоставленная мне в качестве одежды, мирно покоится возле моих ног.
Стыд потихоньку отступает, ведь теперь у меня есть проблемы поважнее. На мгновение я даже забываю, что полностью обнажена.
— Поэтому и беру тебя с собой, — холодно отвечает мужчина. — Купим тебе чего-нибудь. Нарядим, — Ризван растягивает это слово. Он будто представляет что-то в своей голове.