Старшему принцу осточертели дворцовые интриги, уличные разбойники столицы и сковывающий движения пиджак.
Архимаг соскучился по действительно хорошей драке.
Конечно, если бы не сестренка, которую нужно оберегать, у него было бы больше свободы. Но Демира все-такие боевой маг и кое-что тоже может. Не такой хороший маг, как половина их шеренги, но определенно лучше, чем вторая ее часть. И Кирион был абсолютно согласен с принцессой — боевой опыт даст невероятную поддержку будущей королеве. Такую, какой уже давно ни у кого не было.
Если, конечно, сегодня они выживут.
Кирион оскалился, чувствую, как магия царапает кожу изнутри, готовясь прорезаться миллиардами острых железных чешуек.
— Бра-а-а-а!
Залп арбалетных болтов засвистел в воздухе, выбивая кочевников из седел.
— Бра-а-а-а!
Хлопки огнестрельных артефактов срезали еще один ряд атакующих.
— Бра-а-а-а!
Маги синхронно замахнулись и швырнули несколько сотен тонких, но убойно-смертоносных игл. Попадая во врага, они раскрывались звездочкой, превращая в фарш мясо и кости.
— Бра-а-а-а!
Секунда… вторая… третья…
И конница кочевников со всей дури врезалась в плотно сомкнутые ряды щитов пехоты.
— Бра-а-а-а!
Первая волна кочевников была поднята на пики.
— Бра-а-а-а!
Залп арбалетных болтов.
— Бра-а-а-а!
Хлопки огнестрельных артефактов.
— Бра-а-а-а!
Магическая атака.
— Бра-а-а-а!
Пехота пятилась под напором кочевников. Теряя бойцов, бросая пики, беря в руки щиты.
— Бра-а-а-а!
Пики.
— Бра-а-а-а!
Стрелы.
— Бра-а-а-а!
Артефакты.
— Бра-а-а-а!
Маги.
— Бра-а-а-а!
Пики.
— Бра-а-а-а!
Стрелы.
— Бра-а-а-а!
Артефакты.
— Бра-а-а-а!
Маги.
— Бра-а-а-а!
Пики.
— Бра-а-а-а!
Стрелы.
— Бра-а-а-а!
Артефакты.
— Бра-а-а-а!
И шеренга щитов не выдержала.
— Бра-а-а-а!
Пехота падала прямо под копыта разгоряченных степных жеребцов. Ряды сминались, смешивались. Началась рукопашка.
Рядом раздался металлический лязг — Демира сменила форму, и Кирион последовал ее примеру.
— Бра-а-а-а!
Смешались кони, люди, маги. И среди этой чудовищной мясорубки в центре спина к спине стояли железные демоны. Кирион не помнил, сколько длился бой. Он не чувствовал усталости, его захлестывали пьянящий восторг и безумие схватки. Единственное, что его заботило — бьющаяся рядом сестра.