А потому мы обсуждали самые подозрительные кандидатуры уже который час подряд. Впрочем, мне все аристократы казались подозрительными, а вот Даян упорно настаивал не кидаться с разбега в горн, а перебирать подлецов небольшими группками.
Но наша интересная дискуссия до хрипоты была прервана вежливым стуком в дверь. Мы с братом переглянулись, потом синхронно покосились на часы, показывавшие первый час ночи, и лишь после этого я разрешила войти.
На пороге нарисовался немного растерянный Теодор.
— Ваше Высочество, — секретарь замялся, подбирая слова.
— Кто? — не поняла я, стремительно теряя интерес к происходящему.
— Вальтер оре-Марлоу, — пояснил Тео.
— Я его не вызывала, — раздраженно ответила я. — Даян?
Близнец поднял обе ладони в воздух, одним этим жестом говоря, что он тут не причем.
— Даян тоже не вызывал, — резюмировала я. И спохватилась: — А он нам точно не нужен? Ну там, экспертное офицерское мнение…
Брат отрицательно покачал головой:
— Давай решать проблемы в порядке убывания важности.
— Список, да, — согласилась я, почти мгновенно забыв про секретаря, застывшего в дверях, и про Вальтера, о котором он говорил.
— Свободен, — раздраженно рявкнул Даян и щелкнул пальцами.
Бедолагу Тео отшатнуло с порога, а входная дверь закрылась, громко хлопнув. И мы снова принялись обсуждать подозреваемых.
Было пять утра, когда, наконец, мы отобрали первых пятерых для очной ставки, и уже даже поднялись на ноги, чтобы добрести к своим покоям покемарить пару часов, когда в дверь снова постучали.
— Ваше Высочество, — сонный секретарь с отпечатком каких-то бумаг на щеке, протянул мне конверт. — Только что доставил гонец из Туррета.
Сонливость как рукой сняло. Простая сургучная печать на конверте с легким треском разломилась, и у меня внутри все упало.
Пока мы тут с братом решали, кого больше остальных подозреваем в государственной измене, пленным кочевникам перерезали глотки.
Я медленно смяла лист в руке, чувствуя, что впервые в жизни меня накрывает неконтролируемое бешенство. Медленно протянула брату скомканное письмо и перевела взгляд на Теодора. Секретарь заметно побледнел, но лицо удержал. Я же проговорила, с усилием проталкивая слова сквозь зубы:
— Сопровождение — готовность 3 минуты. Туррета.
Тео коротко кивнул и выскочил из моего кабинета.