И тем не менее, недовольные волнения, начавшиеся в трущобах, медленно, но верно докатились и до района сытых горожан. Еще чуть-чуть, еще совсем немного, и на улицы Ирониума выплеснется Океан Хаоса.
Можно сказать, что мы успели вовремя.
Я шла с высоко поднятой головой по улицам столицы, окруженная бойцами Клэр, гвардейцами и продавцами кошмаров. Мы двигались единым организмом, шагая в ногу. Маги держали наготове щиты, гвардейцы — оружие, а продавцы кошмаров — заточки.
И я кожей чувствовала, как идущий рядом Вальтер, нагнавший нас уже на границе дворца, буквально фонит магией от напряжения.
В это же время ударные отряды гвардии начинали теснить митингующих, зачищая квартал за кварталом. Я запретила бить на поражение, только в случае непосредственной опасности своим бойцам. Но что им может противопоставить голытьба?
Ничего, кроме своего отчаяния.
Я шла и чувствовала такое лютое бешенство, какого, кажется, никогда не испытывала. Даже, когда вытаскивала Кириона с Фронтира.
Здание банка было шикарным. Белокаменный, двухэтажным, с колоннами и лепниной, огромными окнами. Он ярко выделялся на общем фоне чисто аристократической изысканностью.
— Рассредоточиться, — скомандовала Клэр, и половина моего сопровождения моментально растворилась в воздухе.
В сам банк я вошла в компании Клэр, Вальтера и еще двух бойцов, тягавших сундук, битком набитый бумагами. Для запланированного мной представления, главный зал банка подходил идеально. Это было просторное помещение, по периметру которого стояли столы клерков для работы с клиентами. И забито оно было основательно — в периоды народных волнений, люди все время бегут в банки, правда, с разными намерениями.
— Ваше Высочество? — неуверенно спросил работник банка, за столом которого сидела очень встревоженная девушка с малюткой на руках.
Я обвела взглядом шушукающееся помещение и поинтересовалась:
— У меня ценные бумаги вашего славного банка.