Натан, скорее всего, еще спит.
Однако когда она заглянула в гостиную, то увидела его там. Мужчина стоял у окна. Кроме джинсов, на нем был пуловер Фредерика – как обычно, слегка тесный ему в плечах. В комнате пахло кофе. Натан держал в руках чашку.
Хоть он и не пошевелился, не повернул головы, однако сразу почувствовал, что Вирджиния здесь.
– Ты видела, что творится в природе? Бурю? Облака? Игру света? Это просто потрясающе, – сказал он не поворачиваясь.
Она кивнула, хотя видеть этого он не мог.
– Фантастика, – согласилась она.
– Больше, чем юг?
– Да. Намного больше.
Натан медленно повернулся и оглядел ее. Вирджиния заметила на его скулах первую щетину.
– Я тоже, – сказал он. – Я тоже люблю север больше, чем юг.
Услышав эти слова, Вирджиния почувствовала сильное сердцебиение.
– Мне казалось, что я одна такая, – сказала она.
– Нет. Не одна.
– Я также люблю осень больше, чем весну.
– Я тоже.
– Белое вино предпочитаю красному.
Он засмеялся:
– Я – тоже.
– Мне приятней пробираться через снежную бурю, чем гулять под палящим солнцем.
Натан подступил к ней ближе:
– И о чем ты больше всего мечтаешь на самом деле?
– На самом деле?
– Ты любишь вовсе не то, что приятно и мило. Ласковое, теплое, обволакивающее – это не твое. Ты любишь все суровое, холодное, вызывающее. Все, что держит в тонусе и заставляет почувствовать ритмы жизни. Ты соскучилась по настоящей жизни, Вирджиния!
К своему ужасу она обнаружила, что на ее глаза наворачиваются слезы.
– Я хочу… – начала она и оборвала фразу на полуслове.
– Чего ты хочешь? Чего, Вирджиния?
– Вообще-то я хочу всего лишь чашечку кофе, – наконец произнесла она.
Поставив свою чашку на стол, Натан шагнул к ней еще ближе:
– А чего еще? Чего ты хочешь еще?
Вирджиния обвела пространство отсутствующим взглядом. За последние две минуты их разговор унесся немного не в ту степь.
– Так чего же ты хочешь? Зачем ты поехала со мной на Скай?
– Не знаю.
– Знаешь! – настаивал он, подступая все ближе и ближе. Теперь он подошел к ней почти вплотную. Его смеющийся рот был совсем близко.