И то, что заинтересовало меня больше всего — картины.
О них я подумал сам — Гоша даже не помыслил, что те могут представлять ценность. А когда я спросил напрямую, ответил что-то в духе «Ну да, висит какая-то мазня на стенах».
Я же, порывшись в «Добре» нашёл старую копию сайта этого самого шахматного клуба. Где помимо прочего, обнаружил список картин, что украшали его помещения. Самые дешёвые, которые закупались заведением массово, оценивались не дешевле трёх-четырёх тысяч рублей.
С точки зрения аристократов, это была херня на постном масле.
Потому, сидя у тётушки Канн я жевал умиротворяющий яблочный пирог, скучал по нормальному кофе и обдумывал перспективы нашего рейда. Если в плане добычи Гоша меня сориентировать хотя бы приблизительно смог, то вот по поводу угроз, информации у него было немного.
Или наоборот — много. Гоблины пытались обчистить клуб давно.
А вот когда туда отправилась вторая, планирующая заняться делом, назад вернулись только трое коротышек, что стояла на стрёме. Высланная следом разведка тоже сгинула внутри. С тех пор гоблины в здание больше не совались.
Снаружи взвигнули колёса и рядом с заведением притормозила машина. Хотя по внешнему виду, она больше напоминала небольшой футуристический танк.
Двери с обеих сторон поднялись вверх и наружу полезли знакомые фигуры космодесантников. Ну конечно — кто ещё станет раскатывать на такой технике.
Йорик опустил руку, хватаясь за двустволку, которую прислонил к стене. Я же отрицательно качнул головой.
— Санитарная инспекция, — радостно заявил один из местных полицейских, едва не разнеся вдребезги входную дверь. — Внеплановая. Предъявите образцы продукции для анализа.
Дожевав последний кусок шарлотки, я влил в себя остатки дрянного кофе. Следом за первым космодесантником, ввалился второй — в помещении сразу стало тесновато.
— О, а вот и наш знакомец.