Дима пробежался по комнате, закричал на нее:
– Ну, ладно, я был за границей, потому и не слышал ничего. А ты-то где была?! Ты что, телевизор не смотришь?!
– А что, я должна? – хладнокровно отрезала Надя. Дима остановился как вкопанный, скривил рот. Пробормотал:
– Да, действительно, не должна… Потом еще пробежался по комнате, опять остановился и проорал:
– А эта дурища, Снегуркина!.. Она позавчера нам рассказывала о Шепилове как о живом! А он уже две недели к тому времени был мертвый!.. Она – что, тоже ничего о своем однокурснике не слышала?! Телевизор не смотрит, газет не читает?!.
Надежда, не обращая внимания на Димин ор, дочитала заметку до конца, повернулась к нему, спокойно спросила:
– А, собственно, что случилось?"
"– Ты что – не понимаешь?! – вылупил на нее глаза Дима. – Или прикидываешься?.. Серия убийств началась с него, с Шепилова!.. Не может это быть простым совпадением!.. В нем, в Шепилове, – все дело!.
– Ну, и кто это был? – обыденно спросила Надя. Она мимоходом, машинально протирала тряпкой рабочий стол и смотрела в сторону.
– Кто? – споткнулся Дима. – Пока не знаю. Где мамины дневники с историей про эту троицу?
– Вон они, на диване. Полезные места заложены закладками. Кстати, Димочка, ты обратил внимание: тогда, в семьдесят восьмом году, избиение студента Шепилова случилось через пять дней после самоубийства Лены Коноваловой?
– Что-о?!.
– Может, это совпадение во времени – не случайное? – спокойно проговорила Надя, втихомолку наслаждаясь Диминой реакцией.
– Боже мой!.. – заорал Дима. – Fucking shit! Прошло всего пять дней?! Я идиот!.. Почему я сам не заметил этого?!
Дима схватил тетрадь, бросился перечитывать историю про давнюю общежитскую драку. Надя величественно удалилась на кухню.
""…одного из них, Ш., изрядно, как говорят в простонародье, избили. Носовое кровотечение, рассечена бровь, гематома на щеке слева.
– Тогда Шепилова избили, а теперь – убили, – задумчиво произнес Дима.
– Чего? – выглянула с кухни Надя.