— Ладно, потом разбираться будем, русские мы люди или нет? Не немцы же, чтобы все шло по порядку, нам нужны трудности, чтобы героически их преодолевать, — высказался Рыгор, стремясь направить Совет в сторону от разбирательств «кто виноват» в более конструктивному «что делать».
— Ты прав, Рыгор, — после небольшой паузы и выдержанного строгого взгляда на Шишона, Солдат продолжил работу Совета. — Давайте по своим направлениям. Что уже сделано, что еще нужно сделать.
— Дозволь Глава, — встал Карп, он рвался выслужиться перед Солдатом, который, как считал побродивший по миру сотник, дал ему и кров и семью и маниакальное желание убить любого, кто позарится на город и его благословенные богами порядки.
Все собравшиеся, может кроме Горыни, улыбнулись. Карп так стремился выказать свою верность и намерения идти до конца, что ничего важного и не сказал. Да, все воины подняты по тревоге в войско и даже формируется ополчение, да, сотник готов убить и Олега, если тот затеет свару с Солдатом.
— По воли твоей и деяния мои в смирении, — ответил Карп на невысказанное опасение Солдата, баба Клава могла после такого откровения и перекреститься, но ее в Совете не было.
В дальнейшем Совет подтверждал все мероприятия в рамках плана «Олег Вещий», как уже совершенные, так и начинаемые.
"Окна закрывали ставнями, или забивали досками, предварительно избавляя их от остекления и пряча стекло. Скот выводили из стойбищ, оставляя только местных, купленных в этом времени коров, коз, коней, да и то не всех. Навешивались массивные замки на двери складов, а кое-где даже заваривали переносным сварочным аппаратом, найденном в школе, при использовании генератора под слезы и стенания из-за сжигаемого топлива. Девушки тоже в большей части должны были уйти, но чуть позже нужно много чего приготовить и заготовить.