– По пути из Пахарты зашли в Арлон, а до Акраи не добрались: в шторм попали. Рангоут к бесам, самих унесло на полдень Старого моря. Пока еще три мачты из запасных поставили! А там и пресная вода к концу подошла. Ладно, на островок один наткнулись, запасы пополнили. – Энрико Браса обернулся и указал на бизань-мачту: – Да и мачту вон временной заменили. Хорошую сосну нашли, сухую…
Какое-то время Орн расспрашивал капитана, потом по одному подозвал первого помощника, штурмана, судового врача и плотника – того самого беспрестанно кашлявшего типа.
– Барк изымается на оборонные нужды, – заявил чин из гильдии мореходов и, упреждая вопрос капитана, добавил: – С соответствующей компенсацией по окончании военных действий, разумеется.
– Господин Браса, у вас есть выбор: оставить за собой командование «Жемчужным единорогом» или вместе с командой сойти на берег и участвовать в обороне города, – объявил офицер.
– А что будет с кораблем? – уточнил капитан.
– Попробуем вывезти архивы, которые не должны попасть в руки врагу, – объяснил Орн.
– И беженцев?
– И беженцев.
– Тогда я, пожалуй, останусь в городе, – решил капитан.
– Как скажете. – Контрразведчик обернулся к Карлу: – Сделай опись изымаемых арбалетов и болтов к ним. Раздашь ополченцам. И пусть сержанты посмотрят, может, палашами или саблями кого вооружить надо. Только списки сделать не забудь.
– Хорошо, – кивнул писарь. – Опись прямо здесь составлять или на берегу?
– Да грузите так, чего уж, – только и махнул рукой Энрико Браса.
Господин Орн покинул «Жемчужный единорог», когда Карл уже закончил пересчет арбалетных болтов, коих оказалось двести шестнадцать штук. Самих арбалетов с корабля принесли ровно два десятка, и за ними тут же выстроилась настоящая очередь. А вот абордажные палаши особой популярностью у ополченцев не пользовались, поскольку вчерашние обыватели обращаться со столь жутковатыми на вид штуковинами толком не умели.