Тайрон подошёл, присел на корточки и обнял меня.
– Не волнуйся, мы раскроем это дело, осталось совсем чуть-чуть, поэтому предлагаю сейчас лечь спать, так как ночь у нас будет бурной.
– Звучит многообещающе, – игриво улыбнулась ему.
Конечно, дознаватель был прав, поэтому спорить с ним смысла не было.
Я почему-то думала, что не усну, ведь впереди предстояла действительно непростая ночка, а я, нервничая, заснуть обычно не могу. Тут же упала и уснула, забыв обо всём на свете. То ли нервные переживания сказывались, то ли просто устала, но в сон погрузилась моментально.
В какой-то момент вдруг поняла, что я опять стою в кабинете, мой отец, вернее, отец Лии, смотрит в окно, заложив руки за спину, его плечи ссутулены, он явно чем-то огорчён.
– Да, девочка моя, этого не скрыть, я просто не смогу, поэтому оставил всё там, зачаровав на крови. Редкая магия, но это ведь репутация империи! До сих пор не могу поверить, что он сделал такую глупость!
На этом видение исчезло, а я ещё некоторое время пребывала во сне, раздумывая о том, что увидела.
"Остатки памяти подкидывали мне подсказки, но я же теперь не маг, как его дочь. Понятия не имею, что должны значить эти слова. Мне теперь что, кровью всё вокруг измазать, пытаясь найти тайник?
Когда Тайрон стал трясти меня за плечо, чтобы разбудить, я всё ещё об этом думала, поэтому глаза открыла сразу.
– Малышка, пора просыпаться, уже половина двенадцатого, нам пора быстро идти в таверну.
Мы со скоростью света поплескали воды в лицо, и быстрым шагом направились к лестнице для слуг.
Я сразу стала невидимой, чтобы не привлекать внимание. Дознавателя держала за руку, чтобы он не волновался.
Мы быстро добрались до таверны. Тайрона я оставила напротив входа в густой тени, сама же юркнула с очередным посетителем в тёплое нутро. Присела в угол, чтобы на меня никто не наткнулся, и принялась ждать.
Наш многословный знакомый зашёл за пять минут до оговоренного срока, присел за ближайший свободный стол и стал лихорадочно оглядываться, высматривая своего нанимателя, тот же появился ровно в полночь.
Это и правда был казначей, он, конечно, был одет в вещи, которые явно занял у какого-то бедолаги, даже лицо помазал грязью, но я его всё равно узнала.
Он подсел за столик и молча кивнул мужичку, тот, проявив чудеса сообразительности, тут же стал шёпотом выкладывать ему, где мы ходили и чем занимались.