Я не понимал, почему нельзя вызвать карту. Тем более, что я вообще собрался продемонстрировать всем свою магическую силу. Я даже отцу это пообещал! Но интуиция кричала другое. А я привык слушать свою интуицию. Именно интуиция помогала мне вытаскивать ребят из жопы, когда мы были на спецзаданиях в горячих точках.
Вспомнился вертолёт, перекошенные лица, вращающийся винт.
Настроение испортилось окончательно.
Я боевой майор, а маюсь хернёй: доказываю чего-то чужому отцу, трахаю верховную жрицу и вообще прожигаю жизнь!
Есть мир, ему угрожает агрессор.
Я оглянулся уже иначе — поискал, в какой стороне садится солнце и пошёл в противоположную. Как только я выйду к восточной стене, проблема с местоположением исчезнет. От восточной стены я без проблем найду путь домой.
И пацан, и мужик шли за мной. И это меня злило. Дежавю какое-то! Сегодня день слежки, что ли?
Я развернулся на сто восемьдесят и пошёл к своим преследователям.
Мужик тут же профессионально растворился среди прохожих, а пацан заметался, и я его поймал.
Он тут же взвыл, заверещал так, как будто я его резать заживо начал:
— Дяденька, отпустите, мне больно!
Люди тут же начали оборачиваться, останавливаться, интересоваться.
— Ты чего кричишь, гадёныш? — негромко спросил я. — Я тебя просто держу! Я не делаю тебе больно!
Но пацан взвыл ещё сильнее."
"Понятно, что он придурялся. Понятно, что это был отработанный ход — привлечь внимание толпы и выставить того, кто поймал в дурном свете.
Крепко удерживая пацана, я спокойно сказал прохожим:
— Воришку поймал. Вот к родителям отвести хочу. А он не говорит, где живёт!
Люди, удовлетворившись моим ответов, пошли по своим делам.
— Ну и? — спросил я у пацана. — Будешь продолжать орать или расскажешь, зачем следишь за мной?
Пацан, правильно оценив обстановку, прекратил верещать и спросил:
— Потом отпустишь?
— Отпущу, — пообещал я. — Если расскажешь всё честно.
— Хотел кошелёк спереть, — не моргнув глазом соврал пацан.
— Так нет у меня кошелька, — усмехнулся я и замолчал, давая ему попасть в ловушку.
И пацан не подвёл.
— Я не знал… — протянул он.
— Врёшь! — оскалился я, изображая злого маньяка. — Ты точно знал! Ты шёл за мной от самого уличного театра с обезьянками и видел, как я выворачивал карманы, когда торговцы предлагали мне что-нибудь у них купить. Я так делал несколько раз, и ты этого не мог не видеть.
Пацан примолк понимая, что попал.