Ох, как мне это не понравилось!
Но урок продолжался. Я сидел и посматривал на рыжего и Тайшо. Потом увидел, что с ними заодно ещё несколько учеников класса. Отметил для себя каждого.
По тому, как они переглядывались, по знакам и жестам я понял, что назревает большая жопа. И касается она меня. Поэтому отложил на пока переживания по поводу Кинпатсу — схожу к нему после уроков. А пока нужно продумать тактику боя.
Понятно, что Тайшо просто так не оставит всё и в дополнение к вчерашним угрозам захочет отомстить за свою ушибленную руку.
Снова перед глазами встали кружевные трусики и в штанах началось шевеление. Спермотоксикозный подросток, бля. Надо бы поискать тут бордель что ли… Чёрт! Отец лишил наличных!
Я вздохнул, расслабиться не получится. Если только Ёсико оприходовать? А то пускаю слюни из-за такой ерунды.
Однако упругая попка, обтянутая белыми кружевными трусиками, не выходила из головы.
Возможно поэтому я не сразу услышал, что учитель обращается ко мне:
— Кизаму, — судя по смешкам в классе, повторял он моё имя уже не в первый раз. — В каком году было первое нападение демонов на наш город?
Мне потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, о чём спрашивает учитель, а потом вспомнить, что по этому поводу рассказывала мне Ёсико.
— Сорок лет назад, — ответил я, когда разбудил свою память.
— А поточнее? — спросил учитель.
Я пожал плечами и сел.
Я действительно не знал, так чего стоять, позориться?
— Уж тебе-то стыдно не знать, Кизаму, — пожурил меня учитель. — Твой отец такой уважаемый человек в городе. Неужели он так плохо воспитывает своего сына, что тот не знает элементарных вещей.
Я рассвирепел. У меня по поводу отца были свои соображения, но я не собирался ими делиться. Мой отец мудак. Но это мой отец. Никого проблемы нашей семьи не касаются. Поэтому я прервал учителя:
— А вы сами-то знаете в каком году? Поди забыли, и хотите, чтобы вам подсказали?
Учитель аж поперхнулся.
— Кизаму, да как ты смеешь? — Лицо учителя побагровело.
— А что такого? Вы тоже человек, вполне можете забыть…
Мои одноклассники переглядывались, шушукались. На их лицах были самые разные эмоции и чувства. От удивления и недоумения до восхищения и осуждения.
Но мне, честно говоря, было пофиг. Меня тут через три дня скорее всего не будет.