Они работали так остаток дня и большую часть ночи. Только под утро двум дроу, наконец, удалось выбраться на поверхность. Ондиил с трудом стоял на ногах. Он понимал, что еще один день они не смогут прятаться от патрулей гномов. Коротышки искали даже ночью, сновали везде и заглядывали под каждый камень, поэтому Буй до дна вычерпывал свой резерв раз за разом, стараясь быстрее вырваться из этой западни.
Дроу спустились на землю недалеко от выхода, который сторожили люди. Предрассветные сумерки скрыли две темные фигуры.
Очнулся он в каком-то, как ему сначала показалось, гробу. Рядом, свернувшись калачиком, спал Рарок. Пахло мхом и землей. Ондиил прислушался, но кроме звуков леса, ничего не услышал. Магический резерв почти не восполнился, ужасно хотелось пить, да и поесть бы не помешало. Тело затекло, и дроу слегка пошевелился, чтобы разогнать кровь.
— Сейчас уберу крышу, — тихо сказал он и пополз в едва виднеющуюся нору.
Через минуту «крышка гроба» отъехала в сторону, и Ондиил смог сесть. На небе уже появились звезды, теплый ветерок слегка шевелил листья деревьев.
Оказалось, они спали в небольшой промоине под корнями упавшего дуба. Чтобы скрыть их от любопытных глаз, Рарок привязал одеяло к корням дерева и насыпал сверху земли, мелких камней, аккуратно уложил мох, создавая видимость обычной земли.
— Откуда? — изумился Ондиил, ошарашено глядя на грязного, улыбающегося Рарока.
Всю еду, кроме соленых сухарей и пары мешочков круп, они доели еще вчера.
— Ешь, а я расскажу, — ответил Сыч, доставая из рюкзака две фляги.
Уговаривать Ондиила не пришлось, он вцепился в рыбу, будто неделю не ел. Хотя, по сути, так оно и было. Несколько дней изнуряющей погони, и растрата магического резерва сильно истощили организм темного эльфа.
Рассказ Сыча оказался недолгим. Видя, что командир не способен идти, Рарок уложил его в промоину, замаскировал одеялом, а сам отправился на разведку.