— Если пообещаешь мне в течение суток собрать команду, тогда этот чудесный самолет волшебным образом появится сегодня на площадке в половине первого ночи.
Улыбка проступила на лице Брукса.
— Теперь я понимаю, почему именно тебя послали в Китай. Ты точно шпион.
— Не-е, — заверил его Гил. — Вот мой отец однажды спас жизнь одному шпиону во Вьетнаме.
— Хорошо, — согласился Брукс и раскрыл карты. — Через двенадцать часов здесь будет один экипаж, но послушай, смельчак… все они в самовольной отлучке, поэтому нам надо их надежно спрятать.
— Черт, Джон, мы же в огромной песочнице. Тут столько места, чтобы зарыться с головой.
Часом позже Гил сидел на своей койке и звонил жене по спутниковому телефону, который он у кого-то одолжил.
— Привет, красотка. Это я. Извини, что разбудил.
— А я и не спала, — ответила Мари. — Я лежала и ждала, пока ты позвонишь."
"— Да ладно? Я только полчаса назад решил тебе позвонить.
— Понятно, — ответила она, по-девчачьи зевая. — Я сама проснулась полчаса назад — почувствовала, что ты позвонишь.
Гил сам не знал, рад он был это услышать или нет. Он не верил в предзнаменования, в добрые ли, в недобрые ли, но это совпадение показалось ему странным.
— Все в порядке? Мама, Осо, лошади?
— Да. Все отлично. Что случилось?
— Я собираюсь покинуть военную базу, малыш. И все это может вылиться в большие неприятности.
— Это означает, что ты идешь спасать Сандру? А покидаешь базу, соответственно, без разрешения начальства?
Он почувствовал комок в горле, и на ум пришел только Джон Брукс.
— У меня есть разрешение ее мужа.
— Ну да, это многое значит. Насколько я понимаю, другого разрешения тебе не требуется.
— Нет, нужно еще у кое-кого спроситься, — прохрипел он. — У тебя.
— Считай, что ты его получил, — спокойно сказала она. — На этот раз обстоятельства еще сложнее, да?
— Да, сложнее.
— Ты звонишь, чтобы попрощаться. Я правильно поняла?
Он опустил голову.
— Возможно, — прошептал он прочувствованно.
— Я благодарна тебе за это. Знаю, что это трудно… но я очень рада, что ты позвонил.
Чувство вины захлестнуло его. Он не мог говорить.
— Гил, послушай меня. Я никогда никого не любила сильнее тебя… но я всегда знала, что этот день настанет. Я знала это, потому что понимала, что ты за человек. И я готовилась к этому. И больше всего боялась, что ты уйдешь, так и не попрощавшись. Ты должен знать, что ты самый замечательный мужчина, — сказала она ему.