Однажды днем, когда шел третий месяц его пребывания в Хэмптон-Роудс, произошло нечто особенное. Его вызвал командир и объявил, что ему, равно как и Дэниелу Кроссвайту, вручают Медаль почета[110]. Посмертно наградили и Халлигана Стилларда. На конец месяца была назначена церемония в Белом доме; награды должен был вручить лично сам президент. Гил ощутил, что закипает, но благодаря военной выдержке и стойке «смирно» сдержался, объявив, что намерен отказаться от награды.
— Да, разумеется, вы можете отказаться, — сказал командир, — но вы должны учесть, что президент готовится ко второму сроку.
Это решило дело. Гилу не оставалось ничего, кроме как принять Медаль почета и позволить президенту использовать его в качестве реквизита для своей политической клоунады."
"Главстаршина Шеннон, одетый в белую парадно-выходную форму ВМФ США, позировал рядом с капитаном Дэниелом Кроссвайтом перед толпой фотографов в Белом доме.
Сандра подмигнула Гилу, он кивнул в ответ. Его грызли угрызения совести за то, что он готовился принять награду, между тем как убили его лучшего друга, а с ним и семерых таджиков.
Кроссвайт, тем не менее, принимал все с радостью. Он тоже понимал, что вокруг театр, но не придавал этому такого значения, как Гил. Насколько он мог судить, они трое — Шеннон, Стиллард, Кроссвайт — заслужили эту паршивую медаль.
— Почему это тебя так волнует? — спросил он перед церемонией, в один из редких моментов, когда они остались наедине. — Единственное, что меня злит, так это что обделили Сандру. Почему бы не наградить и ее, после всего что она пережила?
Гил старался думать о хорошем.