А говорили, что гексоген, которым дома в Москве взорвали, слабее тротила. - даже не заметив моего удара, сказал Шмель.
- А кто сказал, что взорвали гексогеном? - возмутился я. - Вот люди, блин, плетут что хотят... Взрывали селитрой, гексоген, может быть, в качестве промежуточного детонатора использовали. У них с селитрой одно общее, что и то, и другое порошок. Только ты найди такую кучу гексогена сначала, я его сам в глаза-то не видел никогда. Он в морские мины идет и в бэ-че ракет.
Мишка сощурился:
- Погодь, врут что ли?
- Нет.
- А как она? - заинтересовался Шмель.
- Вот она по бризантности действительно слабее. А по фугасности сильнее. Ее все больше гражданские используют, в земляных работах и так далее.
- Ты словами то не понтуйся тут... бризантность...фугасность. - заявил Шмель. - Скажи толком."
"- Толком это так: скорость, с какой вэ-вэ детонирует - бризантность. Чем быстрее, тем лучше те же осколки разлетаются. - я изобразил что-то разлетающееся руками. - А фугасность - сколько газов образуется при взрыве. Если скажем землю взрывать, то чем больше газов, тем больше земли выкинет.
- Ишь ты... Инженерная разведка, блин. Как выучите чего... - вздохнул Шмель. - Ладно, пошли имущество делить, народ заждался.
Я почувствовал, как кто-то аккуратно потянул меня за полу анорака. Я обернулся, и увидел стоящую у меня за спиной Лику. Выражение лица у нее было серьезным и сосредоточенным.
- Обед скоро будет? - спросила она.
Я немного растерялся, не по моей части вопрос явно, посмотрел на часы и ответил:
- Через час примерно.
Маша стояла неподалеку, в разговор не вмешивалась и слегка улыбалась.
- Нет. Я конфет хочу, а мама говорит, что до обеда нельзя. - ответила Лика и спросила: - А час - это долго?
- Нет, пожалуй. Погуляешь с мамой, и час как раз пройдет. Договорились?
Она с серьезным видом кивнула. Ну что же, я молодец, и конфетный кризис разрулил. Прирожденный политик, Бриан, который голова.
Александр Бурко.
30 марта, пятница, день.