С тех пор я зарёкся использовать данную мощь, потому как контролировать себя в потоке ярости при столь густом выплеске злобы и гнева порой просто не получалось.
Сейчас лишь крупицы здравого рассудка брезжили на задворках сознания, но именно это и являлось самым удивительным. Каким-то образом удалось зацепиться за скользкую грань здравомыслия и не отдаться во власть негативных эмоций.
Мир по-прежнему находился в знакомом черно-багровом мареве. Окровавленные цепи Гамм с неистовой силой скользили в руках, то и дело норовя выскользнуть из пальцев, причем я слышал отчетливый хруст собственных сухожилий.
Еще пяток секунд и даже под напором вторичного неистовства я не смогу её удержать, но затем земля под ногами будто пришла в бурное движение и задрожала, а следом змеевидная мразь завопила так сильно, переходя на ультразвук, что пришлось сцепить зубы от напряжения. Вот только это уже был не вой ярости — это оказался предсмертный рык, через три секунды монстр Редкого типа попросту затих и обмяк.
Мгновением ранее прямо на глазах в метре от моей ноги из земли на необычайной скорости сформировалась каменная пика, которая вначале вонзилась в левый глаз и со свистящим мерзким чавкающим звуком её кончик вырвался из правого глаза, а на самом кончике своеобразного оружия повисло око василиска.
— Сраное… пресмыкающееся, — сплюнул презрительно я, одним движением вынимая Гаммы из пасти монстра.
Неистовство всё еще бурлило и абсолютно не желало останавливаться. Потусторонний шепот продолжал требовать убивать еще. Он твердил, что этого мало. Вокруг много жертв. Слишком много… Шепот хотел еще…
Я и сам не заметил, как начал упиваться собственным превосходством. Тело против воли хозяина умудрилось сделать шаг вперед. Прямиком в направлении собственных бойцов, но практически в следующую секунду на дальнем крае радиуса сенсорного поля замерцал еще один противник.
Уж лучше туда, чем на своих…
— Кто? — ощерился я, сквозь зубы, не узнавая собственного голоса. — Кто… посмел наблюдать?
В данный момент времени неистовство чересчур вышло за рамки. Хватило одной доли вдоха, чтобы придумать еще более безумный план, чем раньше.