Они и защищали кабинет генерала от всевозможных прослушек.
— Вам не обязательно… Нет, даже будет лучше, если вы не будете в курсе всего. Иначе это может стоить вам жизни, — предупредил я генерала.
— Я уже давно определил для себя именно такую позицию, Алексей, — хмыкнул Лев Борисович. — Но это не решает проблемы, с которой вы пришли. В конце декабря будет аттестация, на которую приедет комиссия из министерства магического образования. И вы должны быть там, как Алмазов Алексей.
— А если Алмазов Алексей представит справки, что отсутствовал по причине болезни? — предложил самый очевидный вариант.
— Алексей, давайте начистоту. Осталось учиться три недели. Потом у вас будет ученический лагерь и турнир, после которого вы навряд ли вернётесь.
— Понимаю, к чему вы клоните. Эти недели в любом случае станут моими последними в училище. И за это время я должен разобраться с делами.
— И сделать так, чтобы всё, что происходит внизу, не выходило на поверхность. Хотя бы на территории училища, — добавил генерал.
— Само собой, за этим я тщательно слежу. Но, как вы поняли, главная причина моей спешки — граф Ларионов. Моя подруга будет вынуждена ещё месяц смотреть, как мучается её отец. Я не целитель, но мне кажется, что его мозг постепенно разрушается. Есть вероятность, что через месяц его уже не спасти.
— А что Дмитрий Павлович говорит по этому поводу?
— Он солидарен со мной, но настаивает на госпитализации графа для наблюдения. Может, у вас есть знакомый ментальный маг, который поможет нам выиграть время?
— Ментальные маги — редкая и сложная специальность.
— Буду премного благодарен. И вам, и ей.
— Благодарность можете выразить переводом в московское имперское училище для видящих. Я мечтаю увидеть эту бумагу с момента нашего знакомства.
В ответ я ухмыльнулся и встал. Не стал спорить, что моё появление принесло Льву Борисовичу сплошные проблемы. Вольно или невольно я менял жизни всех вокруг вместе со своей.
— Недолго вам осталось меня терпеть. Но регатов после моего перевода только прибавится, — улыбнулся я и встал из-за стола.
А вот против приручения монстров Лев Борисович ничего не имел.
После разговора отправился в столовку. Взял себе воздушный омлет, большой кусок яблочной шарлотки, бутерброды с колбасой и два компота. Вишнёвый и клубничный.
— Лёш, а я имя регатику придумала, — задорно сообщила Неля.