– Я беспокоюсь за Линнет, – без особой нужды напомнил Саймон.
– Я понимаю, понимаю, – сказал Пуаро."
"– Если серьезно, я не жду от Джеки мелодрамы с пальбой, но это шпионство и преследование уже сидят у Линнет в печенках. Я придумал один план – может, и вы что-нибудь посоветуете. С самого начала, надо вам знать, я во всеуслышание объявил, что мы пробудем здесь десять дней. А завтра из Шелала в Вади-Хальфу уходит пароход «Карнак». Я хочу взять на него билеты – под чужим именем. Завтра мы отправимся на экскурсию в Филы, а горничная распорядится багажом.
– Да, все хорошо придумано. А если она останется здесь до вашего возвращения?
– А мы, может, не вернемся. Поднимемся до Хартума и дальше самолетом – в Кению. Не станет же она гоняться за нами по всему земному шару.
– Не станет, потому что в какой-то момент ее удержат финансовые соображения. Я полагаю, у нее совсем немного денег.
Саймон наградил его восхищенным взглядом:
– Вот что значит умный человек. Я об этом даже не задумывался. Какие у Джеки деньги!
– При этом она добралась за вами сюда?
Саймон стал гадать:
– Что-то ей, конечно, набегает с процентов. Сотни две в год, я думаю. Но скорее всего – даже наверняка – она продала капитал, чтобы обернуться с этой своей затеей.
– Значит, настанет такой момент, когда она исчерпает свои возможности и останется без единого пенса?
– Да...
Саймон поежился от этой перспективы. Пуаро не сводил с него глаз.
– Да, – заметил он, – не очень приятная мысль...
Не скрывая раздражения, Саймон сказал:
– В общем, я тут ничем не могу помочь, – и добавил: – Что вы думаете о моем плане?
– Он может увенчаться успехом – вполне. Ценой отступления.
Саймон залился краской:
– Мы сбегаем, вы хотите сказать? Ну и пусть.
Все так же не сводя с него глаз, Пуаро сдержанно кивнул:
– Возможно, вы правы, и это лучший выход из положения. Не забывайте, однако, что мадемуазель де Бельфор имеет голову на плечах.
– Я чувствую, мы еще сойдемся с ней на одной дорожке, и тогда увидим, чья возьмет, – хмуро сказал Саймон. – Она ведет себя неразумно.
– Неразумно! Mon Dieu![82] – воскликнул Пуаро.
– А почему, собственно, женщинам не вести себя разумно? – настаивал Саймон.