До острова добрались очень скоро, и, сойдя на берег, Пуаро и его словоохотливый знакомец прямиком направились в музей. Толстяк на ходу достал визитную карточку и с полупоклоном вручил ее Пуаро. Там значилось:
«Signor GUIDO RICHETTI, Archeologo»[84]Пуаро не остался в долгу и также с поклоном извлек свою карточку. Исполнив эти формальности, они вошли в музей, и итальянец сразу завел высокоученый разговор. Сейчас они говорили по-французски.
Молодой человек в фланелевых брюках, позевывая, незаинтересованно обошел музей и поспешил наружу.
В конце концов его примеру последовали и Пуаро с синьором Рикетти. Итальянец сразу зарылся в руины, а Пуаро, высмотрев на скалах у реки знакомый солнечный зонтик в зеленую полоску, улизнул в ту сторону.
С книгой на коленях и блокнотом под рукой миссис Аллертон сидела на большом валуне.
Пуаро учтиво снял шляпу, и миссис Аллертон тотчас взяла слово.
– Доброе утро, – сказала она. – Боюсь, от этих жутких детей совершенно невозможно отвязаться.
Темнокожая мелюзга лезла к ней, скаля зубы и кривляясь, и канючила «бакшиш».
– Я надеялась, что надоем им, – пожаловалась она. – Они уже часа два, если не больше, глазеют на меня и помаленьку окружают; крикну им «имши», погрожу зонтиком – они разбегутся, а через минуту-другую возвращаются и снова пялят на меня свои противные глазищи, и носы у них тоже противные, и приходится признать, что я не люблю детей – во всяком случае, неумытых и элементарно невоспитанных.
Она виновато рассмеялась.
Пуаро предпринял безуспешную попытку разогнать ватагу.
– Будь в Египте поспокойнее, цены бы ему не было, – сказала миссис Аллертон. – Тут человеку не дают проходу. То клянчат деньги, то навязывают ослика или бусы, то тянут в туземную деревню или на утиную охоту.
– Огромный недостаток, это правда, – согласился Пуаро.
Он разложил на камне носовой платок и осторожненько опустился на него.
– Вашего сына сегодня нет с вами? – продолжал он.
– Да, Тиму надо отправить письма до отъезда.
– Я тоже.
– Очень рада. Признаться, я совершенно потрясена нашим знакомством. Когда мы были на Майорке, некая миссис Лич рассказывала о вас удивительные вещи. Она потеряла кольцо во время купания и все переживала, что без вас его некому найти.
– Ah, parbleu, но я не тюлень, я не ныряю.
Оба рассмеялись.
Миссис Аллертон продолжала:
– Утром я видела из окна, как вы уходили с Саймоном Дойлом.