Это article de luxe[107], очень дамская вещица, и при этом смертоносное оружие.
– Двадцать второй, – пробормотал Рейс. Он вынул обойму. – Не хватает двух пуль. Да-а, вроде бы никаких сомнений не остается.
Со значением кашлянула мисс Ван Скайлер.
– Что вы думаете о моей накидке? – призвала она их к ответу.
– О вашей накидке, мадемуазель?
– Да, у вас на столе моя бархатная накидка.
Рейс поднял мокрую тряпицу.
– Это – ваше, мисс Ван Скайлер?
– Да мое же! – взорвалась та. – Я обыскалась ее вчера вечером.
Пуаро призывно взглянул на Рейса, и тот едва заметно кивнул.
– Где вы видели ее последний раз, мисс Ван Скайлер?
– Она была при мне в салоне вчера вечером. А когда я уходила спать, ее нигде не было.
Рейс ровно спросил:
– Вы догадываетесь, для чего она понадобилась? – Расправив накидку, он показал подпалины и дырочки на ней. – Убийца замотал в нее револьвер, чтобы заглушить звук выстрела.
– Какая наглость! – вспыхнула мисс Ван Скайлер. Ее сморщенные щеки зарумянились.
Рейс сказал:
– Соблаговолите сказать, мисс Ван Скайлер, сколько времени вы были знакомы с миссис Дойл.
– Вообще не была с ней знакома.
– Но вы знали о ее существовании?
– Конечно, я знала, кто она такая.
– И домами вы никак не были связаны?
– Наша семья всегда дорожила принадлежностью к немногим избранным, полковник Рейс. Матушке в голову не пришло бы позвать кого-нибудь из Харцов, потому что они никто, нувориши[108].
– Вам больше нечего сказать нам, мисс Ван Скайлер?
– К тому, что я сказала, мне нечего добавить.
Она встала. Пуаро открыл дверь перед ней, и она удалилась.
Мужчины переглянулись.
– Вот и весь ее сказ, – заметил Рейс, – другого не будет. Может, правду говорит. Не знаю. Розали Оттерборн – каково! Не ожидал.
Пуаро растерянно помотал головой. И с размаху хватил ладонью по столу.
– В этом нет никакого смысла! – воскликнул он. – Nom d'un nom d'un nom! Никакого смысла!
Рейс взглянул на него:
– Что конкретно вы имеете в виду?
– Что до определенного момента картина ясная.