- Почему именно восемь?
- Она после рождения Сережки в тебя втрескалась.
- Откуда ты знаешь?
- Ниоткуда. Просто чувствовала. А ты нет?
- Нет.
- Лопух. А жаль. Как было бы здорово, если бы ты тогда ее трахнул. В самом начале.
>Трахнул, - вдруг сознался он. - Когда ты в роддоме была…
Ирка вскинулась плечами и уставилась на него пронзительным взглядом:
- Правда? Ты… не врешь?
- Не вру.
>А почему мне не сказал?
>Стыдно было.
>А я не почувствовала… Почему?
>Не знаю.
>И правильно, что не сказал. Я даже не представляю, как тогда повела бы себя. Я очень ревновала тебя к ней.
>А говоришь, что было бы здорово.
>И у вас тогда получилось?
>Да. И намека на спазм не было.
- Господи… - прошептала она вслух, - все же могло было… быть совсем иначе… ты же мог ее вылечить еще тогда…
И лихорадочно зашептала ему прямо в лицо, будто боясь, что кто-то подслушает:
- Светку, Светку только не оставь на полпути, слышишь? Что угодно с ней делай, только чтобы прошло… Может, пусть попробует с кем-нибудь еще, как мама с Борисом?
- Не знаю… Нет.
- Она уже не ребенок… Она уже женщина…
- Все равно. Не могу. И не говори мне об этом. Я сейчас ее никому не дам.
>Слышишь, а ты… больше никого от меня… не скрыл?
>Скрыл… - как-то совсем потерянно ответил он после долгой паузы.
>Не скажешь?
>Не знаю. Не сейчас. Сейчас не смогу. Прости.
>Я же теперь буду мучиться догадками.
>Лучше уж мучайся. Я, кстати, мучаюсь. Ты меня с мамой намеренно свела на ту ночь?
>Нет. Что ты! - всполошилась она.
>Пудрить мозги?
>Ну, по поводу Димки. Жеманничала. Чтобы ты сомневался. Будто и на самом деле я его придумала.
>Зачем?
>Не знаю. Издевалась, наверное.
>А на самом деле?
>Все было именно так, как я тебе рассказывала.