А сейчас долга, как и не бывало, что прикажешь мне делать? А ведь еще и обидел меня! И захотел воспользоваться моей вещью, даже испортил ее! А как день хорошо начался! Утром размялся, потом прикончил какую-то падаль, — сказал я между делом, наблюдая за реакцией магом. Целитель уже потерял весь цвет и лица, и того здорово стало потряхивать. — А тут ты! Не можешь уследить за своим членом и похотью. Я действительно был слишком миролюбив, Бахус? Или ты думал, раз я не веду себя как благородный, меня можно так просто обидеть? Нееет, я считал, что так будет правильнее, но вы воспринял мое поведение за слабость, как погляжу, да? — говорил я как можно расслабленно и меланхолично, не забыв добавить любимую улыбочку, и распыляя мощь, на всякий случай.
Мага уже трясло не на шутку, и тот лишь отрицательно мотал головой, даже Ристу проняло от моего вида, девушка, по-видимому, тоже хотела оказаться от меня как можно дальше, но поняла, что гнев мой не на нее направлен и выдохнула, только глаза закрыла.
— Простите господин, простите! Демоны попутали, — скуля, повторял маг, уже меняя свое обращение. — Что мне сделать, чтобы меня простили? Раб я, желаний своих, ничего не могу поделать! Сколько раз из-за этого страдал, и сейчас опять! Вот забирай все! — маг бросился к своим вещам, и на двух руках подползая, протянул, очень потрепанного вида на поясную сумку или даже мешочек, из какой-то кожи.
Бахус попытался откупиться, а средства мне ой как нужны, к тому же в моем положении, я не колеблясь их принял, а маг продолжал:
— Только не убивай, умоляю, храмами богов молю, не убивай! Хочешь клятву на крови дам? — всполошился он.
Убивать его смысла не было. А мне было плевать с высокой колокольни, что обо мне думал целитель.
— Клятву на крови, живо! — все также расслаблено процедил я, разводя театральщину. Опасно, как на минном поле, потому как даже не знаю, о чем говорю, но что поделать?
Целитель сделал все немедля, на двух пальцах зажглось слабо-зеленое сияние, и маг резким взмахом рассек вену, с которой потекла темно-красная кровь.