Гордые животные как мне сказали, ничего общего с нашими шакалами с Земли.
Стоило тому лизнуть моей крови, тот зашелся таких громким рыком и лаем, и на всех парах ринулся ко мне под руку, уткнувшись влажным носом в бок, напрашиваясь на поглаживания.
— Великая Ринана! Впервые на моей памяти такое! — шелестящим голосом проговорил Аннива. — Он полностью принял тебя как хозяина, и готов подчиняться. Скоро у вас образуется духовная связь, и он сможет передавать тебе мыслеобразы, и понимать на эмпатическом уровне.
— Аннива, не надо такого чинопочитания. Мы помогли друг другу, и никто никому не должен! — в который раз объявил я ему.
Потому как любой тост вождя на пирушке, начинался с его благодарности мне и Алойзу.
— Не нужно лишних слов, Пал! Мой сын и пара воинов, выведут тебя к нужному пути, прощай Паллад Драгун! — и перед всеми мне поклонился.
— Благодарю Аннива, надеюсь, когда-нибудь свидимся!
— Я тоже на это надеюсь, друг мой! Прощай!
Мой Анубис, этот древнеегипетский бог оказался первый с кем я ассоциировал шакала, так по итогу и решил назвать своего нового друга.
Так вот, Анубис, спокойно мог везти несколько человек разом, ко мне в компанию сразу напросилась баронесса, обхватившая меня сзади как медуза, и ни в какую не хотела отпускать.
Сестры облюбовали еще одного из выданных шакалов, обычного правда, тех которых я видел, а вот Алойзу, Саару и Хольду пришлось ютиться на хассах. Алойзу предлагали также подарить одного из таких питомцев, но тот отказался, по ведомым лишь ему одному причинам."
"И через несколько часов показав нам один из маршрутов до Летэса, нас покинул и сам Саннива с воинами. Распрощаться он попытался также торжественно, как и его отец.
Караван мы догнали спустя сутки, когда до Летэса оставался от силы еще день пути, или меньше.
Со всех взял слово, чтоб никто не проговорился о случившемся с пустынниками, и чтобы о многом умалчивали.