«Если», 2009 № 04

Первым делом угодил я в объятия Калинина, который ждал меня у края борта и помог забраться на лодку.

— Слыханное ли дело, с нечистью в карты играть! — восклицал купец. — Внукам и правнукам своим закажу не соваться в эту протоку!

И одновременно хлопал меня по спине, сбивая с черного сукна последние белые палочки, означавшие мой выигрыш.

— Как тут без меня, Калинин? — тихонько спросил я.

— А как? К капитану и подойти боязно — сидит злой… Матросы — и те примолкли…

Я отлично представлял себе их состояние. Все мы — люди богобоязненные, находиться в обществе нечистой силы не желаем.

Дивно еще, что никто не орал благим матом и не пытался удрать на противоположный берег пешком по воде. Бахтин одним своим пронзительным голосом да нарочитым бесстрашием сумел удержать и матросов, и нескольких бывших с нами пехотинцев в неподвижном состоянии. Но что при сем делалось в душе у него — понять было затруднительно. Никольский все еще бубнил псалмы, Ванечка же Савельев жался к капитану, полагая, что так он будет в безопасности. Как оказалось позднее, всей опасности он не осознавал.

Делать было нечего — я отправился к Бахтину.

— Я договорился, мы можем двигаться далее, — сказал я ему. — Командуйте, Бахтин.

Он посмотрел на меня немногим нежнее, чем сердитый черт, и скомандовал:

— Весла на воду! И — раз! И — два… Навались!

На «и» вышколенные гребцы занесли весла, на «раз» — дружно опустили их, и «Бешеное корыто» двинулось с места.

— Стой, стой! — раздалось вдруг. Это был голос чешуйчатого моего приятеля.

Я нашел его взором — он торчал из воды, вновь обретя свои немалые размеры.

— Чем ты недоволен, любезный черт?

— Тем недоволен, что ты слова не держишь!

— Как это я не держу гусарского слова?

— Ты сказал, что сам поведешь лодки. А тут другой приказы отдает! Коли так — никуда я вас не пущу!

Я не мог уж вдругорядь играть с ним в карты. Протока принадлежала мне — но что с того радости, коли я был арестован в этой протоке вместе с канонерскими лодками? Следовало выдумать иную хитрость.

— Приказы отдавал мой первый помощник, — отвечал я.

 — У коего глотка более привычна орать на морских просторах. Но коли тебе угодно, я буду кричать сам.

И тут же я шепнул почти беззвучно:

— Подсказывайте же, Бахтин… Иначе мы до второго пришествия с места не сдвинемся…

— Окажемся в безопасности — пришлю к вам секундантов, — отвечал он. — Велите делать замеры глубины.

— Зачем? — удивился я и крикнул: — Любезный черт, сколько тут саженей до дна?

— Две сажени! — отвечал он.