– Моя сумочка!
Меня колотит, когда мы подходим к столику. Звук накатывает волнами. Девчонки глупо хихикают, строят глазки Антону. Но тут же осаживаются, когда он что-то рявкает им в ответ. Бросает на стол купюры. Хватает меня за руку и ведет к бару.
– Дайте пару бутылок воды.
И снова летят купюры, и снова мы куда-то едем. Назар звонит кому-то, но я уже в таком состоянии, что ничего не соображаю.
– Пей!
– Что?
– Тебе нужно много пить, чтобы вывести эту гадость.
– Я ничего не принимала, – всхлипываю жалко. Зубы стучат.
– Значит, кто-то подмешал тебе наркоту. Пей. И вот. Это сорбент. Не знаю, поможет ли.
– Мне страшно, – плачу, – мне так страшно.
Антон чертыхается, куда-то уходит. Возвращается с пледом. Накрывает меня, но мне этого мало. Мне нужно его тепло. И чтобы кто-то сказал, что все хорошо будет. Забираюсь Дубине на колени, как маленькой забиралась к отцу. И обняв, прячу заплаканное лицо у Антона на шее.
– Ты хоть представляешь, как могла вляпаться?! – Вместо ответа всхлипываю еще громче.
Антон качает меня в руках как ребенка. Я улетаю куда-то далеко-далеко. И из этих далеких далей слышу разъяренный голос мужа.
ГЛАВА 17
ГЛАВА 17
Дома будет дикий секс и глубокий сон, Как у них заведено после громких ссор
«Джеймисон» – Noize MS
Назар"
"У меня ощущение гребаного дежавю. Десять лет прошло, а я опять мчу на красный, чтобы свою бабу выцепить, до того как она найдет приключения на свою красивую задницу.
Антон, блядь.
Опять Антон.
И ревность, да. Все-таки ревность. Водоворот которой, закручивая, сносит на хрен остатки самоконтроля. Паркуюсь. Выныриваю из машины. Руки дрожат, до того, сука, меня лихорадит. Я сам как под дозой чего-то забористого. Даже и не вспомню, когда я в последний раз так остро что-нибудь чувствовал.
А потом контрольный. Она в руках Дубины. Зверея, я несколько раз сжимаю и разжимаю кулаки и начинаю медленно приближаться. Нет, черт его дери! Показалось. Не целуются они.