Я полностью развернулся к другу и спокойно, насколько это позволяла грохочущая музыка сказал:
- Мне всё равно, твоя жизнь, твои дети, твои женщины.
Майкл бросил на меня очень недовольный взгляд, видимо после слова «дети», но от комментариев и дальнейшего общения на эту тему воздержался.
А я, развернувшись к бармену спиной, стал меланхолично перебирать глазами присутствующих здесь людей. И ни где мой взгляд не останавливался, ничто и ни кто не трогал и не привлекал. И уже отчаявшись, найти что-то стоящее, услышал:
— Что? Никак не можешь определиться? Теряешь квалификацию друг!
Я лишь иронично пожал плечами.
— Ладно, помогу тебе, — Майкл потер руки. — Давай как в старые добрые времена? Пари?
Я закатил глаза.
— Так. Посмотрим, что у нас тут, — Майкл с видом эксперта стал оглядывать зал и рассуждать вслух, совершенно не стесняясь того, что рядом с нами сидела группа девушек, которые всё слышали, так как Майкл говорил достаточно громко, а музыка на танцполе немного стихла.
Я лишь покаянно вздохнул. А потом выяснилось, что, он выбрал самую блондинистую из всех блондинок. Знает же мою страсть ко всему искусственному! Сделал это скорее на зло, чем из чувства дружеского долга.
— Я в тебе не сомневался. – не сдерживая негодования шиплю сквозь зубы. - Тогда тебе — скучающую рыжую бестию за столиком напротив.
Я её давно приметил, она в открытую смотрит на нас. Правда, смотрит не на меня, а на него.
— Почему она? — запротестовал Майкл.
Тут я его понимал, так как рыжеволосая девушка была какой-то субкультуры и особого желания не вызывала даже у «своих». Я усмехнулся, потому что отплатил ему той же монетой.
— Ладно, в чём конкретно пари?
— На победу! — сквозь зубы прошипел Майкл. – Просто на победу.