По крайней мере, мне кажется, что она из какой-то глубинки, я чувствую это на интуитивном уровне. Мне с моим положением в обществе иногда приходится общаться с искательницами денег и, как правило, они все из провинции и все как одна грезят о красивом, богатом доме и миллионных счетах.
Я даже не скрываю, что тяготею к девушкам из хороших семей. За всей их напыщенностью и манерами скрывается адское пламя. Получается очень занимательное действо: разоблачать их скудную натуру. Все они хорошие до поры до времени. Хорошие и прилежные девочки.
Они у меня, можно сказать, все конвейерные. Горячие, пламенные как зажёгшаяся спичка. Щепка догорает, оставляя после себя обгоревший уголек. Есть существенная разница, между просто девушкой и девушкой с деньгами.
Снова прикрываю глаза, мысли неумолимо тянут меня ближе к дому. И без иронии нельзя вспоминать наш недавний телефонный разговор с Фиби о её походе в клуб. Я ей запрещаю, она слишком хороша собой, чтобы какой-то моральный урод воспользовался её добродушием. Слишком наивна. Может быть я делаю медвежью услугу, тем, что ограждаю её от всего, но по-другому видит бог я не могу. С Фиби у нас вечный скандал — она обижается на мою деспотичность, а я на её глупость.
Из раздумий меня вывел увесистый шлепок по плечу.
— Эй! Ты чего? — Майкл рухнул на диван с улыбкой мартовского кота. – неужели светлые мысли? Хватит изображать мученика, тебе это совсем не идёт.
— Мою голову, в отличие от твоей, иногда посещают светлые мысли. – едко замечаю я.
Майкл недовольно поморщился, но пропусти замечание мимо ушей. Видимо привык к колкостям с моей стороны.