Её не обманывали своей театральностью ни манера говорить нараспев тех, кто в белом, ни склонность мрачно вещать разодетых в чёрное. Эти маги — не актёры, а безжалостные служители храма.
Накара, ранее падающая ниц даже перед послушниками, что сейчас стояли позади воинов и натягивали свои луки, сейчас высокомерно смотрела на них. Её мужчина — прирождённый правитель, и маги не могут не заметить этого! Они уже признали его силу, вступив с ним в разговор и не потребовав преклонения.
— Любезные, я всё же хочу услышать, по какому праву вы преграждаете нам путь, — взял инициативу адмирал.
— Нам нужна она! — вступил другой блондин. — Золотая пророчица!
Прежде чем адмирал ответил им отказом, Эсса посмотрела вверх на того, кто озвучил причину засады.
Это был молодой мужчина с белоснежными волосами, слегка поблёскивающими перламутром. Сияние создавала сила мага — и невозможно было не признать, что это красиво. Однако жадность во взгляде производила отталкивающее впечатление.
— Я не пророчица, — перетянула внимание на себя девушка.
— Ты лжёшь намеренно или же просто не знаешь своей силы, — произнёс один из тёмных магов.
Адмирал недовольно посмотрел на Эссу. Ему не нравился интерес, который проявили к ней местные. Кроме того, он догадался, что для девушки это не стало секретом, но почему-то она никого не предупредила.
— Послушайте, — начал он, — вы говорили о роге, потом о стихиях, теперь о пророчице. К чему всё это?
— Вы-ы все-е престу-у-пники и бу-у-дете казнены-ы, — громко пропел тот светлый, что был постарше.
— Нет, — Эсса одним движением сняла заколку, удерживающую волосы — и те упали золотым водопадом, вызывая восхищённый вздох у местных. Потом она схватила нож. — Здесь нет преступников, и никто не будет казнён – или я обрежу свои волосы!
Вот так!
Из видений она узнала, что сила здесь определяется по длине волос.
На самом деле, волосы и их цвет всего лишь отражали наличие и объём принимаемой энергии, быть может, помогали распределять потоки, но по большому счёту особо не влияли на неё.
Все маги в едином порыве подались вперёд и чуть не вывалились из своих корзин. Волосы девушки в тени деревьев сияли, и казалось, что золото струится по волнистым прядям.
— Не смей! — без всякой театральщины велели ей.
— Эсса, ты что творишь? — прошипел адмирал. — Накара, отступай с этой излишне самостоятельной особой в лес! Поняла?
— Анго, а ты? — встревожилась женщина.
— Я не слышу ответа! — резко произнёс Того.