Накара сжала зубы, на какой-то миг её пронзила боль — и всё прошло. Женщина приняла на себя удар целителя, который должен был остановить сердце Анго, но осталась жива благодаря исцеляющей жемчужине.
— Анго, берегись энергетических сгустков! — крикнула она и увидела, как комок уплотнённой энергии всё-таки впился в грудь её избранника.
Адмирал захрипел, но не опустил оружие, и бой продолжился.
Воины храма не оправдали своего грозного вида и разбежались первыми, увидев тонкие магические линии инопланетного оружия, вонзающиеся в тела.
Адмирал не стал тратить время на убегающих воинов, да и маги оказались не так безобидны, как ему показалось сначала.
Следующими попадали великолепные бабочки со своим грузом. Адмиралу было жаль их, но лучи его оружия рассеивались перед магами буквально в паре сантиметров от тела.
На миг Анго показалось, что он справился. Гри и Стрейм поддерживали его стрельбой.
Вышибающий дух удар в грудь адмирал перетерпел и снова был как новенький.
На ногах будто повисли оковы. Ничего не понимая, он попробовал через силу шагнуть, но казалось, что от усилий порвутся жилы. Адмирал больше не мог стрелять из-за закрывавшего обзор шуха, а оказавшиеся на земле маги спрятались и продолжали наносить невидимые удары.
— Анго, у тебя больше нет жемчужины-защитницы. Будь осторожен! — прячась за своим шухом, крикнула Накара.
— Почему я не могу ходить? — прорычал Того, видя, как несладко приходится Гри и Стрейму.
— Это тёмные держат тебя вытянутой из земли энергией.
— А Момо и Нико?
— Пока они на шухах, их не связать с землёй.
Адмирал только теперь смог присмотреться и увидеть, что за оружие у светлых магов.
Эти энергетические сгустки сразу и не разглядишь!
У Момо оказалась какая-то своя защита, и бывший пилот вновь источал мощную ауру, в которой вязли эти «целебные светлячки».
Мужчина перевёл взгляд на Эссу, которая застыла с ножом в руке, как статуя. Она успела срезать часть волос и неподвижно замерла. Было видно, что она застыла не по собственной воле.
— Отдайте нам пророчицу, и мы оставим вас в живых! — судя по спокойному и размеренному тону, говорил тёмный.