- Не все коллекции безопасны,- я тонко улыбнулась,- но, безусловно, решать вам.
- Разумеется,- самодовольно кивнул Правитель. – Сегодня я представлю вам вашего будущего супруга. На Окраины вы отбудете уже замужней дамой. И да – не стоит благодарности.
Он смотрел мне в глаза и ухмылялся. Он явно считал, что смог отомстить за все свои реальные и вымышленные обидки. Но…
- У меня уже есть жених, милорд. Ваша милость, безусловно, поражает воображение, но… Старые договора такие старые.
- Ты выйдешь замуж за того, на кого укажу я,- прошипел бастард, разом теряя легкий налет воспитания,- ты будешь подчиняться мне.
- Да хранят Боги эту страну,- глубокомысленно произнесла я, глядя в безумные глаза бастарда. – С таким Правителем ей больше ничего не нужно.
- Верно,- он предпочел перевести мои слова в комплимент.
Тихий вздох Лилианы привлек внимание безумца. И тот, видя что его супруга уже почти рухнула, лишь отвесил ей пощечину:
- Ни на что не способная дрянь!
Опешив, я смотрела на то, как некогда гордая дочь герцога лишь ниже склоняет голову.
- Твои мысли написаны у тебя на лице, девка,- бастард оскалился в улыбке,- как я смею бить дочь герцога? Я – власть, Вильгельмина Фоули-Штоттен. А он всего лишь дурак, потративший последние деньги на то, чтобы скрыть свое стремительное разорение. Вы, гордецы, не простили ему аферу с провиантом и отказались от дальнейшего сотрудничества.
- Разумеется,- я плечом оттеснила Тину подальше от безумного Правителя. – Кто будет доверять предателю?
- Так решили не только вы,- покивал бастард,- многие другие разорвали отношения с родом Морей. Ведь если он так поступил с целым баронством… Кто знает, что он сделает с семьей мелкого лавочника?
- Если герцог ожидал иного – он весьма недальновиден,- я пожала плечами,- слухи разлетались медленно, но… Смерть последнего мастера окраинной стали стала серьезным ударом по его репутации.
- Не последнего,- усмехнулся бастард. – Я знаю, кто ты. И не только я – на самом деле, женихов в этом зале много. Оч-чень много. Предки не проследили за тем, чтобы вы плодились. Но я готов исправить это упущение.
И пусть я запретила себе бояться, но по коже все равно пробежал озноб. Кристоф убрал меня с отбора, чтобы пресечь все эти безумные селекционные планы. А сейчас я добровольно пришла туда, где только меня и ждали.