Этрусское зеркало

Им «глухарь» ни к чему, а кроме нас с вами, заинтересованных устанавливать истинную причину гибели Саввы Игнатьича, более не имеется.

Чернов побледнел, его щека дернулась.

- А вы что… все-таки думаете, Рогожин не сам? - испугался он. - Что его… Но кто? Зачем? Ради бога… - Анисим Витальевич вытащил из кармана белоснежный носовой платок, промокнул выступившую на лбу испарину. - Ради бога! - повторил он. - Объясните мне, в чем дело?! Я…

- Вы скрыли от спонсора выставки факт ограбления, - перебил его Всеслав. - И представили все как рекламный трюк.

Это рискованно. У вас могут быть неприятности. Кто-то убил Рогожина… причем весьма ловко. Смерть художника может быть связана с кражей.

- Что вы?! Что… - Чернов задохнулся от страха и возмущения, замахал руками. - Каким образом? Мы не убивали Савву! И кража не была подстроена… Просто стечение обстоятельств. Рок! Ну, подумайте… зачем нам идти на преступление ради нескольких рисунков и картин неизвестного художника? Мы и так могли выгодно продать их! Какой-то Рогожин… Да кто о нем слышал до выставки? А теперь все усложнилось.

Неизвестный меценат сам желает приобрести «Нимфу»! Мы с Федей оказались в ужасном положении… сами загнали себя в ловушку. Это все я… моя безумная идея заказать копию похищенной картины и продать ее. Авантюра, я понимаю! Но машина запущена… ее уже не остановить. Геннадий дал нам два дня на то, чтобы объявить о счастливом возвращении «Нимфы». На третий день картина должна перейти в собственность его таинственного поручителя. Вы понимаете, какой поднимется скандал, если вдруг - не дай бог! - всплывет оригинал?! Нам с Шумским не сносить головы. Плевать на загубленную репутацию, плевать на бизнес, в конце концов! Тут может плохим кончиться!

- Вы не преувеличиваете? - усмехнулся Смирнов. - Ну, пожурят вас за обман, заставят вернуть деньги… Еще неизвестно, всплывет ли краденая вещь, а вы уже дрожите как осиновый лист. Несолидно для человека с вашим жизненным опытом."

"Лицо Чернова внезапно померкло, позеленело от страшной догадки.

- А Савва? - помертвевшими губами вымолвил он. - Его убили из-за картины… я чувствую. У меня нюх на опасность… как у зверя.

- Из-за картины? - удивился Всеслав. - Это что-то новенькое. Вы сами себе противоречите, Анисим Витальевич. Не вы ли уверяли меня, что Рогожин напился и повесился…

- Вы не понимаете! - перебил его хозяин «Галереи». - Не понимаете! Этот Геннадий… он очень опасен. У него безжалостный, ледяной взгляд хищника.