— Хок, неужели ты сможешь убить собственных сыновей?
Горгулья сверкнул глазами, полными ярости.
— Никогда!
— В мои намерения не входило оскорбить тебя. Я и так знал, каков будет ответ, так как в курсе о твоей любви к Фраю и Чезу. Как я уже упоминал — это моя точка зрения. Хотя некоторые мужчины вокруг не поддержат мое мнение, — он поднял меч и указал на членов совета. — Они вступили в сговор с лордом Аботорусом, желая потребовать от вас смерти пар и сыновей. Члены совета, посмотрите направо. Ваши соплеменники никогда не позволят вам осуществить задуманное.
— Ты лжешь! — взревел Кадо.
Эвиас прыгнул, перелетев лестницу и приземляясь рядом с четырьмя членами совета.
— Как ты смеешь! У тебя даже не хватает чести быть правдивым с собственным кланом. Вы встречаетесь за закрытыми дверями, строя козни, как змеи, и продолжаете думать, что мы ниже вас! Вы четверо сговорились с лордом Аботорусом, чтобы убить всех ликанов и гар-ликанов в клане. У вас даже не хватает смелости признать свою ошибку, — он посмотрел на остальных членов совета.
Домб вздернул подбородок."
"— У меня есть честь. Лорд Аботорус был прав, утверждая, что кровь ликанов отравила клан и нуждается в очищении. Тогда совет согласился с ним… и мы по-прежнему придерживаемся этого мнения, — он бросил презрительный взгляд в другой конец комнаты. — Чувства делают вас слабыми, — усмехнулся Домб. — Я постоянно слышу, как вы смеетесь, с сарказмом отзываясь о каждой ситуации.
Кэлзеб спрыгнул с возвышения и приземлился рядом с Эвиасом.
Эвиас запретил другу нападать, издав низкий рык, так как старался избежать кровопролития.
— Защити женщин, — потребовал Эвиас.
Кэлзеб издал какой-то ворчливый звук, но отступил, вернувшись на прежнее место.
Эвиас сердито посмотрел на Домба и широко расправил крылья, слегка прикрыв ими свое тело.
— Я кажусь тебе слабым? В моих силах сразиться с каждым из вас, убив так же, как лорда Аботоруса.