— Простите. Не думал, что так всё обернётся, — сказал я и потащил Прохорова в сторону лестницы, ведущей на первый этаж.
— Ты хотел, как лучше, — подбодрил меня Леший.
— Ага. Как всегда, благие намерения помогли заварить такую кашу, из которой лишь чудом удалось спастись, — улыбнулся я.
— Оно того стоило? — пробормотал Прохоров и, похоже, потерял сознание, так как навалился на нас всем весом.
— Более чем, — довольно сказал я и почувствовал, что мы приближаемся к ядовитым испарениям, исходящим от бычьей крови.
Проходя мимо быка, я потянулся к глубинам своей души и призвал голема.
— Гали-и-ина! — завопила появившаяся Галя и немного осветила коридор фиолетовыми кристаллами, торчащими из её щёк.
Не глядя, я швырнул её в сторону откуда исходило кислотное зловоние. Голем стал рикошетить от стен и пола, набирая скорость. На этот раз всё было по-другому. Довольно быстро я услышал чавкающие звуки. То ли Галя попадала по луже пролитой крови, то ли сумела расковырять бычью тушу.
Как бы там ни было, я надеялся, что запас энергии у Гали кончится позже, чем она сумеет выпотрошить быка. Ведь если она сможет пробить его кожу, то я получу Слезу Мироздания. А от такой твари я ожидаю лишь чертовски ценную жемчужину.
Пока мы тащили Артёма к лестнице, его копьё мерно постукивало по бетону. Вот же дурень. Сознание потерял, а копьё из рук так и не выпустил. Впрочем, когда мы поднялись на пару пролётов выше и свет озарил наши лица, я понял, что у меня настоящая команда хомяков!
Леший, вытаскивая Артёма из кромешной тьмы, умудрился отыскать банку кофе и пачку сахара, запихнул их за пазуху и только после этого отправился на мои поиски.
— Это…? — Выдохнул он и замер, не сводя глаз с кисти, опалённой кислотой.
Регенерация замедлилась. Мышцы и сухожилии она успела восстановить, а вот с кожей пока были проблемы… Кисть покрывала тонкая плёнка, больше напоминающая слизь; выглядело это паршиво.
— Угостишь сахарком? — спросил я, вымученно улыбнувшись.
— Чего? — нахмурился Леший, не поняв, о чём я, а после быстро закивал и полез за пазуху.
Откупорив пачку рафинада, Лёха наткнулся на монолитный белый кирпич, который пришлось шваркнуть об стену, чтобы его расколоть.