Как там говорят, пой, как будто никто не слышит, ешь, как будто не толстеешь?
Переведя взгляд правее, я заметил, что с прошлого раза кабак порядком изменился. В центре зала стоял стол, застеленный зелёным сукном, а за столом разместилась целая толпа народу. Девицы лезли обниматься к разломщикам, а разломщики наблюдали за игрой в карты. Барс играл против Фрола и ещё пяти мужиков.
Судя по хохоту, игра шла задорно. При этом у меня даже не было сомнений в том, что выигрывает Барс. Пока мы искали свободный столик, мои подозрения подтвердились.
— Бармен! Выпивки всем за мой счёт! Будем до утра обмывать удачную вылазку!
Толпа одобрительно загудела, а я проводил взглядом Барса, который в обществе двух девиц покинул заведение. Эти дамы не выглядели напуганными, скорее, наоборот. Жаждали общества сильных мира сего, и за чувство безопасности готовы были подарить немного нежности.
— Столик освободился, — сказал Леший, потянув меня за рукав.
— Идите без меня. Я попозже присоединюсь, — ответил я и направился в сторону любителей карточных игр.
Пора немного подзаработать. Не зря ведь всё это время у меня была доминанта «Шулер».
Глава 6
— А сейчас, по заказу многоуважаемого Фрола Сергеевича, для вас звучит песня! — выкрикнул невысокий пузатый мужичок с закрученными усами.
Пышная дама раскинула руки в стороны и подошла к микрофону, широко улыбаясь. Она отвернулась, прочистила горло и запела хриплым голосом:
Братки маляву накатали,
Сказали нужно кассу брать,
Вот только братики не знали,
Что грабят собственную мать…
Под ритмичную музыку лилась трагичная история семейки вороватых идиотов.
— Мадама, разрешите пригласить вас на сеновал, — расплывшись в похотливой улыбке, прошептал «гвардеец» на ухо девице, сидящей у него на коленях.
— Юрик, ты такой галантный. Хи-хи, — кокетливо захихикала дамочка, поднялась и утащила своего кавалера на выход.
Воспользовавшись шансом, я запрыгнул на освободившееся место за игорным столом и приковал к себе всеобщее внимание.
— Тебе чего, селявка? — недовольно спросил громила, у которого по неведомой причине, отсутствовал кончик носа.
— Хочу в картишки перекинуться. Научите? — ответил я, широко улыбнувшись, и выложил на стол пятьсот рублей.
— Рыло, гляди. А малец-то при бабле. Хе-хе. Ну чё, научим? — спросил сидящий рядом с безносым.
Когда я услышал, что безносого зовут Рыло, то едва не расхохотался.