— Но если тебе хочется более взрослых собеседников, тогда я могу предложить тебе духовное сопряжение.
— Чего? Напряжение? Током меня шандарахнуть вздумал, что ли? — нахмурился Огнёв.
— Сопряжение, — повторил я. — Ты получишь контроль над моим телом и сможешь чувствовать всё то, что чувствую я. Правда, я тут же верну тебя в пещеру, если отмочишь какую-нибудь глупость.
— Звучит странно, но можно попробовать.
— Тогда по рукам, — улыбнулся я. — Постараюсь сегодня дать тебе погулять. Как насчёт того, чтобы посетить кабак?
— А бабы будут? — с надеждой спросил старшина.
— Будут. Но я крайне сомневаюсь, что они заинтересуются пятилеткой.
— Отстой, — хмыкнул Огнёв. — А пиво хоть продадут?
— Безалкогольное.
— Это лучше, чем ничего. — Огнёв улыбнулся мне в ответ, а после заорал во всю глотку. — Готовьтесь, салабоны!!! Старшина идёт отрываться!
Попрощавшись с душарой, я вернулся в реальность, разбудил старика, дрыхнущего на ресепшене, и потребовал нас накормить.
— Щеглы. Никакого уважения к старшим. Вы с голоду, что ли, подохли бы, если б дали мне лишний часок поспать? — прокряхтел дед, встал со стула и хрустнул спиной.
— Мы бы деньги отнесли в кабак и не стали тебя ждать. Впрочем, мы всё ещё можем так поступить, — предупредил его я.
— Ой. Можно подумать, я не знаю, сколько там жрачка стоит, — закатил глаза старик и выхватил у меня сторублёвую купюру. — Топай. Скоро привезу.
Так я и поступил. Спустя час мы были сыты, одеты, обуты и отправились на прогулку. Выйдя из отеля, тут же попали на глаза бойцу, приставленному за нами следить, и рванули в рассыпную.
В итоге этот доморощенный детектив решил отправиться следом за мной. А я что? Мне скрывать нечего. Свернув за угол, я призвал Мимо в образе комара и отправил его собирать урожай. Жужжа, Мимо улетел, а я неспешно пошел по узкой улочке без какой-либо цели.
Сейчас около восьми утра, поэтому доблестные барсовские «гвардейцы» всё ещё спят.
Бесцельно шляясь, я заглянул к Шульману и приобрёл у него визитницу. Да, самую обыкновенную визитницу, на три десятка ячеек. Каждая из ячеек имела декоративную вставку из белой бумаги.