— Или не вы… предки ваши, может? Допустим, взамен за услугу дали неограниченный доступ во все бани на земле…
Банник встрепенулся. Глаза вспыхнули так ярко, что я чуть с лавки не упала. Жуткий дед, что ни говори!
— Во все бани… — медленно повторил он. — Не только в мою, а во все бани… по ночам они проникают через трубы и пляшут в банях…
— Что-то вспомнил? — быстро уточнил Влас.
— Тоня! Ты с ней сталкивалась. Запах был? Мерзкий, тошнотворный, как от разложившегося мертвеца? — возбужденно обратился ко мне банник, проигнорировав вопрос лешего.
— Был! Вы разве не помните? Мы же вместе смотрели мои воспоминания о той ночи…
— Я подключался только к картинке и звукам, — отмахнулся банник. — Плохо дело! Ох, и страшная тварь на свет божий вылезла…
— Вылезла? — от его глухого голоса по спине поползли противные мурашки. — Откуда?
— Из-под земли, надо думать. И при жизни-то злобная была, а сейчас вовсе…
— Похоже на правду, — серьезно кивнул леший. — Она это, некому больше.
Нет, они издеваются! Будто нарочно задались целью свести меня с ума.
— Да что за тварь?!
— Еретица, — хором ответили мне.
— Еретица? — озадачилась я. — Неверующая, в смысле?
— И так можно сказать, — хмыкнул Влас, присаживаясь на лавку рядом со мной. — Еретица — это мертвая ведьма. На редкость отвратительное существо. Видишь ли, ведьма, которая при жизни сознательно отрекается от всего созидательного и творит настолько черные дела, что и бывалым грешникам не снились, после смерти не может обрести покой.
— Как зомби?! — ахнула я, невольно вцепляясь в его руку. Никогда не любила ужастики про оживших мертвецов! Он накрыл другой рукой мои пальцы и слегка поглаживая их продолжил:
— Хуже. В гниющем теле остается тень злобного разума и остатки былой силы. А еще бесконечное стремление вредить всему живому. К счастью, в последнее время еретицы встречаются редко.
— Теперь понятно, почему она хочет разрушить город, — задумчиво протянула я. — Но как ее остановить? У вас хватит сил?!
Банник с лешим переглянулись и расхохотались. Громко, искренне.