Кулон! А то, что раньше было перекрученным шнурком, расплелось и ощетинилось корешками. Это причудливое создание лешего деловито выбралось наружу, прыгнуло ко мне на колени и начало покачиваться из стороны в сторону. Я не сразу заметила, что ведьма качается вместе с ним, намертво залипнув взглядом на мерцающую сердцевину.
— Она сейчас очнется, — сказал мне ближайший куст крапивы голосом Власа. — Скорее беги внутрь круговой ловушки. Ведьма сильная! Ее необходимо заманить в самый центр! Я неподалеку, но если покажусь сейчас, еретица может улизнуть.
Выдав красивые четкие распоряжения, куст замолчал, ожидая, что я ринусь их выполнять. Вот только тело по-прежнему отказывалось слушаться. О, сколько раз, видя подобные моменты в фильмах, я кричала героине: «Не тормози! Действуй, давай!» Но, как оказалось, когда видишь в полуметре от себя облезлое лицо ведьмы, вся находчивость куда-то улетучивается… В итоге, момент, конечно, был упущен. Еретица перестала качаться. Она замерла и с явным трудом, преодолевая невидимые путы, оторвала взгляд от кулона.
Я с запозданием вскочила с места и бросилась прочь. Только успела достичь круга, установленного лешим, как костлявая рука намертво вцепилась в мою одежду. Несмотря на кажущуюся хрупкость, держала она крепко. Я рванулась. Бесполезно. Еретица занесла вторую руку, словно собиралась меня ударить. Вокруг белых костяшек заплясало черное пламя. Всем своим нутром я ощутила, что если оно соприкоснется с кожей, то будет кое-что похуже ожога…
— Твою мать, — рявкнул невоспитанный куст крапивы.
Несмотря на то, что ведьма стояла прямо на внешней границе круга, ловушка сработала. Справа и слева вверх взвились зеленые стебли-жгуты. Я почувствовала, что ее хватка ослабла и рванулась изо всех сил. Получилось! Добежав до центра круга, я села прямо на землю, обессиленно наблюдая за борьбой. Еретица билась в растительных путах, как в щупальцах осьминога. К сожалению, леший был прав — ее следовало заманить в самый центр.