Я слышала, как страшная птица (или не птица) с треском врезалась в иргу. Визг перешел в почти человеческий вскрик и стон. Кажется, дерево как-то защитило меня, так как стон начал удаляться и вскоре затих вдали.
Я выползла из куста не сразу. Ничего толком не соображая, ввалилась в предбанник. Даже не включая свет, прошла вперед, миновала порог и села на лавку. Если бы состояние было нормальное, меня наверняка удивило бы, что я прекрасно вижу в темноте. Но не в тот момент. Стресс еще и не начал выходить из организма, когда рядом раздался знакомый старческий голос:
— А вот это, пожалуй, интересно… с чего ирге вздумалось заступаться за человеческую девчонку? Пусть и с незначительной примесью нечистой крови?
Я глубоко вздохнула и подняла голову.
— Банник? — спросила устало.
— Он самый.
— Ну, вы, блин, даете! — Злость аж полоснула по сердцу. — Издеваетесь, да?! Всю жизнь мне испоганили, подругу чуть не убили, а теперь еще в жадности обвиняете?!
— Это как это я тебе подругу чуть не убил? — заинтересовался красноглазый дедок.
— Ваш мерзкий суженый из зеркала начал ее душить! Мы еле успели ее спасти!
— Как душить? — не поверил дед.
— А который Мане во сне глаз подбил — тоже бес безобидный?! — напирала я. — И тот, что Алю подбивает на растущую луну ритуал провести и тело ему вырастить, тоже опасности, по-вашему, не представляет?!
— Что?! — рявкнул банник уже без малейших признаков насмешки.
— А то! — передразнила я, направляя на него указательный палец. И тут же замолчала, заметив, как что-то полыхнуло красной искоркой.
— Какое украшение у тебя, Тоня, необычное, — вдруг очень хрипло сказал дед. — Где взяла?
— На столе… на другой день после того, как мы с вами в карты сыграли… — растерянно ответила я.
— Необычное это кольцо. Я отсюда чувствую, как оно меня жжет. Ох, не люди его сотворили…
На этом моменте мне вдруг стало смешно.