Кроме того, Николя привлекательный и предупредительный – именно такой, каким она его и представляла по предыдущим письмам. Но не испытывала к нему никаких чувств. Нет, неправда. Она чувствовала облегчение оттого, что они не женаты.
Выбрав Николя, Скарлетт проявила бы благоразумие, но душа ее стремилась к Хулиану. О каком состязании кавалеров может идти речь, когда Хулиан давным-давно завоевал сердце Скарлетт?
Она села за стол, чтобы сочинить для Николя прощальное письмо:
Дорогой Николя,
Спасибо за лейку…
Как бы Скарлетт ни старалась, не смогла написать больше ни слова.
Скомкав записку и выбросив ее в мусорное ведро, Скарлетт еще раз пробежала глазами письмо графа. Она не могла выйти за него замуж, но отказать в последней встрече было бы слишком жестоко с ее стороны.
22
ДонателлаПоистине Валенда – ночной город.
Садясь в небесный экипаж, чтобы вернуться во дворец, Телла заметила, что мир внизу сияет огнями. Церкви и святилища района Храмов переливались, точно заблудившиеся осколки луны, в то время как более тусклые огни квартала Пряностей тлели углями не желающего гаснуть костра. Попадались и спящие дома, освещенные лишь фонарными столбами-хранителями, дарующими иллюзию безопасности почивающим в своих постелях людям.
"Никто не догадывался, насколько хрупка кажущаяся безопасность, и Телла не могла не гадать, пробуждаются ли прямо сейчас другие Мойры. Наверное, ей следовало спросить об этом Джекса, прежде чем ушла от него. Но Принц Сердец выглядел так, будто хотел получить более высокую плату за дополнительную информацию.
Экипаж мягко приземлился, подлетев к дворцовому каретному сараю, и Телла, памятуя о разорванном подоле платья, вышла с подчеркнутой осторожностью.
Воздух казался засахаренным на вкус, окружающий мир искрился, а звезды так низко висели на небе, что их можно было украсть и спрятать в карман. У Теллы возникло ощущение, будто она снова попала в один из снов Легендо или даже Караваль. Хотя солнце уже село, слуги продолжали суетиться на территории дворца, готовясь к завтрашнему Полуночному Лабиринту.