– Это потому, что я живу здесь совсем недавно. Здесь жила моя бабушка, в девятой квартире.
Лидия Сергеевна горестно покачала головой.
– Понятно. Ты внучка Корол""eвой Веры Александровны.
– Не разговаривайте, пожалуйста, – попросила Лера. – Вам, наверное, нельзя. – Я сейчас вызову «Скорую помощь».
Она быстро по телефону вызвала «Скорую помощь», потом ринулась на кухню, налила стакан воды и поднесла стакан к губам женщины. Та сделала маленький глоток и закрыла глаза. И Лера со страхом поглядывала на ее бледное лицо и внимательно следила, как поднимается грудь от ее дыхания.
– Вы дочь? – обратился он к ней.
– Я соседка, – немедленно ответила Лера.
Он кивнул.
– Гипертонический криз. Я сейчас сделаю укол. Через сорок минут станет легче. Но завтра нужно обязательно вызвать участкового врача. А сегодня полный покой.
«Скорая» уехала. А Лера осталась ждать сына соседки, некого Дмитрия Николаевича Логинова. Лера позвонила ему по телефону, который дала ей Лидия Сергеевна и сообщила, что его маме плохо, что она упала на лестничном пролете.
– Спасибо тебе, девочка. Ты только не уходи, дождись Димы, – она снова улыбнулась. Теперь эта улыбка, очевидно, относилась к сыну. – Он очень занятой человек, работает в правительстве, в «команде президента».
Замечательный мальчик появился примерно через час. Открылась входная дверь и перед Лерой предстал красивый, харизматичный мужик в очень дорогом костюме, в белоснежной рубашке, без галстука. Он скользнул по Лере равнодушным взглядом, быстро подошел к Лилии Сергеевне поцеловал ее, поинтересовался о самочувствии, о диагнозе, который поставил врач «Скорой помощи». Лера увидела двух любящих друг друга людей: мать и сына. И поняла, что лишняя здесь.
– Так что произошло? – тоном строгого чиновника спросил он Леру. – Вы вообще, кто?
– Соседка, – пожала плечами Лера. – Я шла домой с работы и нашла вашу маму на лестнице. Ей стало плохо, и она упала. Хорошо еще, что не ударилась головой, так сказал врач. Я помогла ей дойти домой и вызвала «Скорую помощь»."
"– То есть вы вызвали «Скорую» уже в квартире? – нахмурился он.