Но не думаю, что настал момент для большой войны. Они прекрасно понимают — ее им не выиграть. Вот если бы перед ними были белые, тогда да, это как красная тряпка для быка, а куроки они все же уважают побольше.
— Слушай, что это мы все о делах и обо мне. У тебя как? А то за все время лишь пара писем и те по делу, — вдруг спохватился Алексей, смущенно потирая нос.
Действительно, хорош, нечего сказать. Ведь не к деловому партнеру приехал, вернее, не только к деловому. Перед ним сидит самый дорогой ему в этом мире человек, а он даже не поинтересовался, как Сергей жил все это время.
— А все хорошо, Леш. По осени нашел время, женился. Увез Эмку в Домбас. К тому моменту мне уже дом поставили. Вот молодая жена первой порог и переступила, я принципиально не ходил туда.
— Это ты что же, ее вместо кошки запустил?
— Здесь вперед запускают петуха, если ты не в курсе. Она, кстати, так и сделала, а потом уж сама. Обставляла дом тоже сама. Правда, по первости все косилась на меня. У меня ведь домработница, вдова с тремя детьми.
— В положении? — с надеждой спросил Алексей.
— В положении. А ты чего так реагируешь, словно золотой нашел?
— Так миры же разные. А ну как у нас обнаружилась бы несовместимость с местными?
— Х-ха. Так я вроде подопытного кролика, получается?
— Что-то вроде того.
— Н-да-а, Леша, прочно же ты хочешь закрепиться в этом мире, с потомками и тому подобным.
— Кстати, насчет следа. Ты ничего не писал об овраге.
— Мало ли к кому могло попасть письмо, вот и не писал. Все сделал, как договорились. Когда ездил за невестой, навестил и наш овраг, будь он трижды неладен. Оставил в пещере резиновые мешки с пленками и атласами. Пока так. Останемся живы, устроим все как надо. Камера наша в порядке, хотя проверить ее не удалось, аккумулятор дохлый, сам понимаешь.
Еще бы аккумулятору не быть дохлым. Он сел, еще когда они только появились в этом мире, а прошло с тех пор уже пять лет. Н-да-а, пять лет назад в сибирском селе появился некий Алексей Болотин, который предложил охотнику-промысловику Сергею Варакину заработок в межсезонье, и тот сдуру или от безделья согласился."
"Болотин тогда увлекался всякими аномалиями, вот и отправились они осмотреть одну диковинку, а в результате оказались в другом мире.