Переселенцы были уже на грани бунта, и наемникам приходилось давить на них и довольно грубо осаживать. Обошлось.
Несмотря на позднее прибытие, встреча переселенцев была организована на должном уровне. Людей распределили на ночлег, об остальном придется позаботиться утром. У Сергея процесс задабривания и сманивания был отлажен, так что, бог даст, оттают.
Алексея настолько измотало это путешествие, что он, едва только добрался до койки в гостевой комнате, отключился. Спал тревожно, все время чудились атаки арачей.
А Варакин и ухом не ведет, праздно развалился на диване да еще спрашивает, чего, мол, всполошился. Алексей явно чего-то не понимал.
— Сергей, а ничего, что там стрельба вовсю?
— А-а, вон ты чего. Тьфу ты, совсем забыл тебе сказать. У нас сегодня массовые стрельбы.
— Стрельбы?
— Ну да. Пока народу немного, проводим по воскресеньям после службы.
— Ну что же, один — ноль в твою пользу.
— Да ладно, Леш, не дуйся. Я правда забыл тебе сказать, а будить не хотел. Ты так сладко спал, что и я, против обыкновения, не пошел туда.
— Скажешь тоже, сладко. Всю ночь от арачей отбивался.
— Тогда прими мои поздравления, с нервной системой у тебя полный порядок, так как по виду ты просто сопел в две дырки. Позавтракаешь? Хм… или скорее пообедаешь?
— Угу.
— Давай, мы ждем.
Приводить себя в порядок пришлось довольно долго. Если Сергей предпочитал легкую небритость и прибегал к бритве не чаще одного раза в три дня, то Алексей ненавидел щетину. Но семейство вполне терпеливо ждало, когда он наконец закончит и спустится к столу.
— Все еще стреляют, — удивился Алексей, налегая на щи. Аппетит проснулся прямо-таки зверский.
— А то. Народу прибавилось, а каждому, включая и женщин, нужно сделать не меньше двадцати выстрелов в неделю.
— По двадцать выстрелов каждый? — недоверчиво переспросил Алексей.
— Ну да. Боевая подготовка тут на первом месте. Правда, влетает в гнедочек, даже с учетом немногочисленности населения и того, что три патрона в среднем нам обходятся в два гнедка.