Случись это раньше, и Элиаш был бы в своем праве. Сейчас же он уже не мог предпринять ничего. Да генерал Джарек попросту арестует кронпринца и под конвоем препроводит в столицу. И будет прав. Потому что подобное своеволие граничит с государственным заговором.
— Погодите-ка… — Элиаш выдвинул ящик стола и извлек кожаную папку с рельефным оттиском герба Рустинии. Быстро перебрал бумаги и, наконец взяв один из листов, начал внимательно его читать. Потом в его руках оказалась еще одна бумага, обвитая шнуром с массивной сургучной печатью.
— Все правильно, за прошедшее время ничего не изменилось, — пожимая плечами и переглядываясь с Коваржиком, подтвердил Войнич.
— Господа, вы невнимательны. Здесь не говорится о том, чтобы я незамедлительно отбыл в столицу. Значит, я могу остаться на некоторое время в Новом Свете.
— Но только как частное лицо, — уточнил подполковник Коваржик.
— Правильно. Но зато я буду в курсе событий и, как говорят доктора, буду держать руку на пульсе.
— Не думаю, что его превосходительству это понравится. При всех его талантах он весьма самолюбив и может воспринять ваше чрезмерное любопытство неправильно, — не согласился Войнич.
— Именно по этой причине я и не стану интересоваться делами, а буду вести праздный образ жизни, — весело заявил Элиаш. — Помнится, местное общество было несколько недовольно тем, что я уделял ему так мало времени. Балы, приемы, посещение других городов с частными визитами. Это никоим образом не сможет уязвить его превосходительство. В то же время нам не составит труда быть в курсе всех событий, ну и господин Чержек будет не так далеко от нас.
— Вы имеете в виду те слова господина Дворжака о якобы желании куроки присоединиться к Рустинии на правах автономной области? — понимающе произнес Войнич.
— Но ведь они так и не обратились с подобной просьбой. Не было ни одного посланника, а ведь вы тут уже три года, — напомнил Коваржик.
— Но это может случиться в свете последних событий, а тогда уже нельзя будет терять ни дня.
— Сомнительно, чтобы его величество согласился на подобное.