В Кустовом ведь есть свои китайцы, почему они не возят товар из родной страны?
Их банда исчисляется всего двадцатью головами, вооружёнными, конечно же, до зубов. Крышуют два павильончика с алкогольной продукцией не так далеко от базы. И, если верить словам Бориса, пытаются выйти ближе к центру. Так скажем, ведут борьбу с итальянцами на их территории.
— Вооружённых стычек ещё не было, — объяснялся он. — Итальянцы у нас терпеливые, да и банду их изрядно потрепали в начале этого года. Покусились на восточный рынок и ожидаемо получили люлей от азиатов.
Мой кругозор, точнее, демографическая карта местных авторитетов наконец начала проясняться.
Мироустройство Кустового оказалось максимально простым. Банды обитали согласно их… нет, неправильно. Надо бы разложить все это в голове по полочкам."
"Во время разговора с Жемчужным я представил себе Кустовой как отдельную планету. И согласно этому уже мысленно расставлял, где и чьи территории. Запад, европейские банды, юг, одна африканская и помесь англичан.
А вот центр раздирала отчаянная борьба. Каждый пытался откусить лакомый кусочек самого богатого региона, и тут уже есть я…
Правда, центральная часть города принадлежала местному правительству, и как таковых банд здесь не было. Так что моё появление реально выглядело слишком наглым.
— Но почему именно здесь? Вы понимаете, что вопросов к вам вопросов больше, чем ко всем остальным?
— Ты знаешь, какой это город? — парировал я. — Чем ближе ты к носу властей, тем безопаснее для меня самого. Много ли ты видел желающих пострелять в центре? М?
— Нет, — честно признался цыган. — Кроме вас, конечно, Шаман.
— В точку. С лекарствами от ирландцев что?
Жемчужный чуть замялся и занервничал. Его выдали пальцы и постоянное почёсывание носа.
Но я неожиданно ошибся.
— Я узнал, где они получают товар, а ещё название лекарства для твоей сестры.
— Говори, — сухо бросил я. — И не тяни резину, а!
— Оно называется Нозо. Китайские умельцы сделали из органики и чистейшего макра четвёртого уровня изнанки чудо-порошок. Его разбавляют с водой и пьют натощак каждое утро, — цыган расправил плечи и улыбнулся, видя, что меня заинтересовало.