Она продолжала гневно дергаться и клацать челюстями, пытаясь ухватить противника, чтобы забрать с собой.
Добрыня переступил с ноги на ногу и гулко выдохнул. Опустил голову, чтобы ринуться вперед и добить.
— Нет, другу, — осадил я. — Не надо к нему приближаться. Скоро затихнет.
— Кэп, там какой-то Дестро прилепился к избушке, — показала рукой Шондра.
— Ой, а там дверка в домик на ножках открыта, кити-кити!
Повернувшись, я увидел, как кабина Гренадера тоже открылась. Из нее вылезла мужская фигура и забралась в мой Волот.
Злость заставила мои челюсти сжаться, а Добрыню — развернуться.
Но тут в люк изящно и ловко скользнула Кармилла. От сердца сразу отлегло. Но я все же послал Добрыню к шагоходу, по пути высматривая в зарослях недобитых Дестро.
Мы уже почти добрались до раскоряченных ножек курочки, когда Сэша внезапно схватились за уши и взвизгнула. Ее хвост гневно забился. Она едва не спрыгнула со спины трицератопса.
— Что такое? — я взял ее за плечи.
— Больно ушкам! — крикнула она, звеня цепями.
— Звук? Сэша, нет никакого звука… — начала Шондра.
— Ультразвук! — прорычал я. — Роза, мне нужно немедленно добраться до люка! Подбрось меня и поднимайся следом!
— Подбросить? Кэп, ты сдурел? — возмутилась турельщица.
Но Розочка не стала оспаривать приказ. Идеальный солдат.
Лианы обвили меня, как в битве с удильщиком обвивали волосы Кармиллы.
Рывок, и я отправился в полет. Плащ развевался, а шляпа…
А шляпа не слетела!
Глава 16
Право победителя
Полет проходил нормально.
Розочка постаралась — швырнула меня как надо.
Проем в обшивке Волота приближался, а сразу под ним висел на магнитах Гренадер с распахнутым колпаком.
Вот за него-то я и ухватился. Очень надеялся, что скрипучие пальцы в этот момент не заест. Обошлось. Подтянулся, перелез через кабину и зашел в тамбур-шлюз.
В полумраке горели голубые вспышки.
И слышался треск.
Вольт решил оправдать свое имя и воспользовался электрошоком.
Кармиллу сотрясали конвульсии.
У всех людей есть суперспособность — мы не слышим ультразвук.
А вот она слышала, и тот очень больно резал ей по ушам. Потому проиграла этому хмырю, и теперь он издевался.
Вампирша стиснула челюсти. Ее глаза горели ненавистью и болью, но ничего сделать она не могла — каждую мышцы ее тела скрутил титанический спазм. Уверен, Вольт выставил шокер на максимум.
Он держал девушку под высоким напряжением, хотя мог уже добить. Ему нравилось, чтобы альпа мучилась.